Герой объявлен мертвым после ядерного взрыва и не может вернуться домой из-за козней враждебных кланов. Скрываясь на вражеской территории, он полагается только на верных друзей, готовясь к последней битве за восстановление своего рода и справедливость.
Гвидо, приходя в себя от такого зрелища, подошел к головам, и впился взглядом в приколоченную открытку.
— Русские, — выдохнул он.
— Русские? Да я им…
— Подожди, босс. Это необычно. Может позвонишь Дмитрию?
— Этому русскому бандиту? Думаешь, он?
— Я не знаю, — пожал плечами Гвидо.
Джованни немного успокоился. Предъявы кидать просто, а вот потом вести войну… Он трясущимися руками набрал номер русского мафиози. Надо было разобраться…
— Говоришь, на лбу у него было это? — Дмитрий повертел в руках открытку с дыркой.
Они с Джованни встретились на нейтральной территории, армянский клан гарантировал безопасность и нейтралитет.
— Исакиевский собор, — задумчиво посмотрел на открытку Дмитрий. — Такую можно в любом эмигрантском магазинчике в Бруклине купить.
— Она была приколочена к одной из отрезанных голов моих парней!
— В доме все спокойно? Все живы? — положил открытку на столик Дмитрий.
— Все живы, но это ваша работа!
— Погоди Джованни, ты за базаром-то следи, — поморщился Дмитрий. — Да, это похоже на работу русских, но это — не наша работа. Мы бы просто разнесли из граника весь твой дом к бебеням вместе с твоей бабой и потомством.
Джованни подумал, что все-таки немного перегнул палку.
— Извини, Дмитрий.
— Ничего, — кивнул русский бандит. — Я понимаю, ты не в себе. Но следи за языком. Не исключаю того, что это могли быть русские. Но не братва. Я слышал о таком.
— А кто же это? — почувствовал подвох Лампони.
— Те, кому сам черт не брат. Ты перешел дорогу Российской Империи и ее солдатам. Вот и думай теперь, где и как. И вместо открытки в следующий раз ты можешь найти совсем другие головы. Отрезанные. Усекаешь?
— Да. — Джованни прошиб холодный пот. Ну нахер этого кузена с его просьбами. Хоть честь и требовала отомстить, но кому? Лучше послать Росси, пускай сам трахается, если так надо.
Глава 10
Паркер чувствовал себя нашкодившим котенком, который заварил кашу, но потом его ею же и накормили. Началось с того, что перестал выходить на связь Ортега. Все попытки дозвониться до сержанта оканчивались отбоем номера — видимо тот внес его в черный список. Тот был на месте — Паркер как-то попробовал позвонить в участок через скремблер и с одноразового телефона. Сержант был в участке, как сказал ему дежурный, и когда тот поинтересовался его фамилией, просто отбил звонок и разломал одноразовый картонный аппарат, чтобы не вышли на него. Что-то случилось, и явно не в его пользу. Значит, вопрос так и не улажен.
