Первый снег застил белым покровом землю, укутывая замок и окрестности в тишине зимы. Снежный покров создает ощущение чистоты и праздника, словно пришептывает магию этой просторной деревни. Каждый камень, каждый лесной уголек, каждая дорога приобретают новый, нежный оттенок в сугробе....
Похоже, «Навязанная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Однако первый момент ужаса прошел, и взгляд остановился на супруге, возвышавшемся над толпой.
Мариг видела, как сошла веселая улыбка с лица мужа, он слез на пол и жестом велел остальным убираться. Те начали было роптать, что желают присутствовать при столь важном деле (в обычаях Маркленда был и этот, придворные стояли в спальне, пока король трудился на брачном ложе, хорошо, хоть занавесками отгораживались), однако Дитерикс был непреклонен.
— Все вон.
Разочарованной толпе пришлось удалиться.
— Благодарю вас, — смогла выдавить из себя Мариг.
— Не стоит благодарности, — ответил Дитерикс, скользнув по ней странным взглядом.
Не то, чтобы девица, навязанная ему в жены, была совсем уж уродлива. Скорее обычна. Но, увидев ее в храме, он сразу заметил странность. Белая, чуть ли не синеватая кожа без румянца, худоба. Не знай Дитерикс, что девушке уже исполнилось девятнадцать, не дал бы ей больше тринадцати. Настолько тощей и неразвитой она казалась. Еще эта жутковатая бледность…
Понятно, почему старый пройдоха до сих пор не выдал ее замуж.
— Должно же быть в ней хоть что-то хорошее, черт ее побери, — подумал он тогда, добавив мысленно, — кроме соли.
Отправляясь в спальню, исполнить супружеский долг, он думал о том хорошем, что отметил в девушке днем. В конце концов, он еще никогда не пасовал в этом деле. Но сейчас, увидев ее в своей постели, в которой давно уже привык видеть красавицу Исельнир, растрепанную, с горящими смесью ужаса и отвращения глазами и трясущимися губами, Дитерикс разозлился.
На всю эту вынужденную ситуацию.
От того и отослал своих людей. Разделить с придворными можно было радость победы, а тут… радость первого обладания была сомнительной. К тому же, как он понял, невеста явно к нему не расположена, и это неприятно царапнуло. А между тем, Дитерикс знал, что нравится всем женщинам без исключения.
В итоге все это действительно превращалось в долг, с которым ему хотелось поскорее покончить. Заметив, что первый испуг девушки прошел, Дитерикс стал снимать с себя оставшуюся одежду. Она еще больше побледнела, хотя, казалось бы, куда уж больше. Встала и начала снимать с себя капот, а потом застыла в неуверенности, не зная, снимать ли ей и рубашку. Дитерикс с досадой поморщился, глядя на ее угловатые бледные плечи и плоскую грудь в вырезе ночной рубашки.
