Судьба разлучила влюбленных студентов. Спустя восемнадцать лет их пути снова пересекаются. Сильные, самостоятельные люди с собственными семьями должны выбирать между прошлой страстью и настоящим долгом. Смогут ли они найти счастье, следуя велению сердца или разума?
Под предлогом, что еще пару дней полежит дома, позавчера вечером он отпустил охрану, собрал вещи, перевез их на снятую ранее квартиру и поездом уехал в Минск. — Абсолютное внешнее сходство, тембр голоса… Даже характер… Как же Тамаре Аркадьевне удалось скрыть факт рождения сына от отца? Какая кошка между ними пробежала? Хотя ответ здесь очевиден: «кошка» в тяжелом состоянии лежит в больнице… Настроили себе бизнес-империй, а в личной жизни как были слепцами, так ими и остались! Зато какие гордые… Гордыня вас и погубит!»
— Правильно. Сергей… извините, как ваше отчество?
— Алексеевич… Но это не обязательно, вы можете звать меня по имени, мне так привычнее. Так чем вы можете помочь?
— Понимаете, ваша мать, уважаемая женщина, в силу своего характера часто совершает ошибки… — Из-за того что Щуплый тщательно подбирал слова, дабы не сбиться на жаргон, говорил он медленно. Но, как ни странно, речь его от этого казалась убедительнее. — Не буду врать, но покупка коттеджа — результат нашего замысла. Мы хотели ее немного наказать…
— Ничего себе — немного! Да мама которую ночь не спит!
— Понимаю… Все люди совершают ошибки, в том числе и вы, и ваша мать, да и мы… Но мы хотим жить с чистой совестью, к тому же нам совсем не нужен ваш дом… Мы хотим вернуть коттедж.
— Позвоните маме, поговорите…
— Понимаете, наш шеф — Алексей Ярославович Радченко — считает выше своего достоинства перед кем-то извиняться. За него это делают другие.
— Все равно поговорите с мамой. Она сегодня прилетит.
— Нет. Это условие Радченко. Тамара Аркадьевна ничего не должна знать, только ее доверенное лицо. А кто может быть доверенней, чем родной сын?
— Странно… — задумался Сергей. — А почему я должен вам верить?
— Потому что я могу прямо сейчас показать копию договора купли-продажи, подписанную моим руководством.
Крапивин взял в руки заверенную нотариусом копию, долго ее перечитывал.
— Разве это может иметь обратную силу?
— Завтра мы вызовем в офис нашего представительства нотариуса и переоформим дом на вас. Для вашей матери это будет хорошим подарком к Восьмому марта. Насколько я знаю, с Александром Романовичем Ляховым вы знакомы? Он — наш представитель в Минске.
— И он здесь замешан? — растерялся Сергей.
— Он и нашел этот дом, — кивнул головой Щуплый. Забавно, но роль сострадающего праведника нравилась ему все больше: «Помогать сирым и обездоленным, восстанавливать справедливость… Пожалуй, в этом что-то есть».
