Навстречу счастью, словно светлячок среди тьмы надежд, эта история разворачивается в глубине сердца и времени. Суд совести и неотвратимость прошлых ошибок подменяются надеждой на новый начало — в поисках счастья среди бесконечных потерь и сомнений. Вот история о том, как семья выбирает путь вперед, даже когда кажется, что все уже потеряно....
— Ты знаешь, кто его купил?
— Знаю, но не хочу даже вспоминать об этом человеке.
— А ты хотела бы его вернуть? Я имею в виду коттедж! — добавил он, заметив, как мать напряглась.
— Хочу, не хочу — теперь это не важно. Летом или начнем строить новый, или переедем жить за границу.
— Зачем? Я никуда не хочу переезжать.
— Ладно… Посмотрим, — задумчиво произнесла она. — Одолжишь мне на время свою машину?
— А что слышно о твоем «зайчике»?
— Боюсь, ничего хорошего о нем я уже не услышу.
— А водительские права?
— Петр Гаврилович сделал дубликат.
— Если хочешь, я сам могу тебя повозить.
— Нет, сынуля. Повозить меня может и водитель. Как я тебе уже объясняла, машина — степень свободы. И для меня это сейчас важно.
— Мама, ты знакома с человеком по фамилии Радченко? — склонив голову набок, неожиданно спросил Сергей.
Тамара вздрогнула. Чашка в ее руке колыхнулась, и кофе выплеснулся на стол коричневатой лужицей.
— Откуда тебе известна эта фамилия? — спросила она в замешательстве.
"— Да так, — пожал он плечами. — Читал в газетах, что дядя Саша у него работает. Возьми ключи и документы, — сделал он шаг к прихожей.
— Постой, — остановила его Тамара. — О том, что Ляхов работает у Радченко, в газетах не писали. Я это точно знаю. Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь…
— Мама, твоя извечная подозрительность здесь не к месту… Ну слышал, ну спросил… Просто так спросил.
— Хорошо, пусть будет просто так, — прикрыла она глаза. — Тогда я прошу тебя: больше никогда не называй при мне эти две фамилии!
— Мам, да успокойся… Мне нет никакого дела ни до Ляхова, ни до Радченко, — пробормотал не ожидавший такой реакции Сергей.
* * *Александр Романович спустился в бильярдный клуб, откинув полу пальто, сел за столик в углу и попросил у официантки кофе. На душе было скверно: люди, которых накануне Цеховский представил ему как юристов холдинга, десять минут назад попросили его, Анжелику и бухгалтера срочно покинуть рабочие места.
«Странные, непонятные люди с бандитскими физиономиями… — размышлял он. — Между собой общаются на жаргоне. Да и шеф хорош: появился без предупреждения вчера утром в офисе, а вечером уехал в Москву. Просил не распространяться, что был в Минске, предупредил, что юристы задержатся еще на сутки… Непонятно, зачем они здесь, когда есть риелторская контора, которая продавала Тамарин дом. Там и надо решать все вопросы… Что-то здесь не то.
