На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
А еще, эти реакторы можно в короткие сроки перенастроить на выработку оружейного плутония. Вот так вот! Только об этом никому, понял?! Да только сейчас во всем Союзе строится еще шестнадцать АЭС, многие уже на высокой стадии готовности. Я несколько месяцев назад, проводил подробный анализ, и выяснил, что чем быстрее их строят, тем больше возникает проблем с качеством. И знаешь, я не удивлюсь, если и на здешней станции может что-то произойти.
Я напрягся. Что он пытается мне сказать?
— В смысле, что-то произойти? — не понял я.
— А хотя бы и так. Сам посуди, при строительстве отдельных узлов почти повсеместно отходили от «ГОСТов» и установленных норм. Не дай бог какая труба лопнет или произойдет утечка из самого реактора?
— Реактор течь дать не может! — уверенно заявил я. Наверное, прозвучало подозрительно. Я спохватился, что сболтнул лишнего — срочник такими сведениями обладать в принципе не может, поэтому поспешил исправиться. — У меня вообще-то отец на четвертом энергоблоке инженером работает.
— И что говорит? Все там у них нормально? — прищурился Григорий.
Оба вопроса прозвучали как-то нелепо. Гриша это и сам понял, но постарался не подавать виду. Он ждал от меня ответа, а я медлил, не зная, что ему ответить.
— А зачем вообще журналисту во все это лезть? — я решил не ходить вокруг да около, а бить наверняка. — Странно все это.
— Потому что я по-другому не могу! Я ведь журналист! — с сожалением вздохнул тот. — Сын тоже говорит мне, что я часто сую нос туда, куда не нужно. От этого у меня часто бывают проблемы, приходится переезжать. Но иначе никак. Я словно охотничья собака, которая почуяла закопанную кем-то кость. Не могу остановиться, пока не докопаюсь до истины. Знаю, что из-за этого могут быть проблемы, знаю, что могу перейти дорогу не тем людям.
— И ты считаешь своим долгом пролить свет на истину? — едва заметно усмехнулся я.
— Точно! Хорошо сказал! — кивнул собеседник.
Ну, точно — настоящий журналист. И хватка есть. Такому впору на канале «НТВ» работать. Только такого канала еще нет — он появится только в 1993 году.
