На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
Присутствие твое меня бесит! Вот ничего не могу с собой поделать, только вижу тебя, сразу начинаешь раздражать.
— Сипкин, ты охренел? — жестко возразил я, надавив на него морально. — Почему ты предъявляешь свои проблемы мне, если не нравится тебе? Ты и думай, как так получилось. Активизируй серое вещество, ну! Работай над собой, ищи пути решения сложившейся обстановки. Понял?
— А? — не понял тот, собрав глаза в кучу. — Чего?
По глупому выражению лица оппонента я понял, что тот вообще не въехал в смысл сказанного.
Однако реакции от сержанта не было — видимо ожидал, что я изложу свою позицию более внятно. А пояснять свои слова я не собирался.
— Все? Свободен! — я развернулся и отошел в сторону. Хотел вновь отправиться в учебную аудиторию, но было еще рано, поэтому остался в коридоре.
Честно говоря, думал, что бугай бросится вдогонку, чтобы исправить ситуацию и восстановить справедливость с помощью кулаков.
Ситуация разрешилась сама собой.
Несколько дней отношение со стороны командования к нам было стабильно-негативным. Всю нашу компанию больше гоняли, ставили в наряды, постоянно пытались в чем-то наказать или ткнуть носом. Старались разделять, используя принцип — разделяй и властвуй.
По одному, нас периодически вызывали в канцелярию, где старший лейтенант Паршин задавал неудобные вопросы и пытался склонить кого-то к сотрудничеству. С его стороны это выглядело настолько глупо, что я не сдерживал смех, когда кто-то из парней возвращался с очередной историей.
Настала и моя очередь, тем более, что я был крайним из нашего подразделения, кто еще не был в резиденции «нового царя».
— Леха, иди в канцелярию, — пробурчал подошедший Горчаков, исполняя обязанности дневального. Стоит отметить, что после объединения подразделений, Артем перестал быть старшиной, да и дежурным по роте его больше не ставили. Кстати, нового названия у нас не появилось.
— Дай догадаюсь, к старлею? Будет мозги потрошить, а потом вербовку устроит?
— Ну а то. Слушай, а вдруг начнет тебе щедрые предложения сыпать?
— Ага, рога изобилия не хватит, — отшутился я.
