На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
Весь путь я проделал быстро и без происшествий. На одном из стендов разглядел расклеенные ориентировки на разыскиваемых милицией преступников. С неприятным удивлением, в конце списка, обнаружил себя. Фоторобот был далеко не самым лучшим, даже кривым, видимо составленный со слов очевидцев…
«Разыскивается Филатов Алексей, 1965 года рождения».
«Подозревается в убийстве».
Только я не Филатов. Но именно этой фамилией я представился участковому Рогову. Данный факт поставил меня в тупик. Неужели в «РОВД» до сих пор не знают моего настоящего имени и фамилии? Стоп, а если…
По всему получается, что фигурирует только факт нападения на участкового и мое появление на месте преступления.
Выходит, этому делу ход почему-то не дали. Тот факт, что я сбежал вообще нигде не значиться… Если по этому вопросу меня и ищут, то негласно. Но почему?
Эта информация многое меняла.
Однако пока, мои планы оставались прежними — забрать письмо из дома и уничтожить его.
Ну уж нет, я не собираюсь так подставляться!
Отправился в свой двор, но прежде отыскал ближайший таксофон. Мелочь в кармане была, поэтому с оплатой звонка проблем не возникло.
Набрал нужный номер, принялся слушать унылые гудки.
После третьего, трубку взяли.
— Да? — ответил звонкий девичий голос.
— Привет, малая! — с наигранным весельем произнес я. — Узнала?"
"— Лешка! — радостно воскликнула сестра.
— Я тоже соскучился. В городе.
— Правда? Отлично! Ой, подожди, сейчас маму позову. Она в ванной голову моет!
— Нет, нет… Погоди! — заторопился я. — Пусть уже закончит. Чего зря мешать?
— Ну да, — вздохнула Настя.
— Настя, а скажи, за последние дни милиция к нам домой не приходила?
— Милиция? Нет! Приходил только наш участковый, дядя Дима. Про тебя спрашивал, но ничего не сказал. Хотя вид у него был взволнованный.
— Так, ясно. А чего он спрашивал-то?
— Да я не знаю. Он с мамой и папой говорил. И то, недолго.
— Ясно-о… — задумчиво протянул я, затем продолжил. — Слушай, Насть, у меня к тебе будет просьба. Поможешь?
— Ну, смотря какая, — ответила сестра. — Мне в школу через десять минут уже выходить.
— Это вообще замечательно, — обрадовался я. — Ничего сложного не требуется. Просто зайди в мою комнату, подойди к книжной полке, что над кроватью висит.
