Летом 1985 года Алексей Савелов близок к раскрытию заговора, связанного с атомной станцией. Однако неожиданные препятствия встают на его пути, заставляя искать новые подходы. Герой должен разобраться, кто стоит за подготовкой катастрофы, прежде чем станет слишком поздно.
— Ясно, — ответил я, осматриваясь по сторонам — У каждой проблемы есть фамилия. Я услышал.
— Только не надо эту проблему решать, — тут же спохватился он, глядя на меня с тревогой. — Я сам!
— Нет, не сам. Не порти себе репутацию. К тому же, я виноват в том, что он такой. Косвенно, но все же.
Он снова удивился, но промолчал.
— Как себя чувствуешь?
— Нормально. Только вот что я маме скажу?
— Скажи, что взял велосипед покататься и не справился с управлением, — посоветовал я и подмигнул. — Она добрая, все поймет. Уж я знаю, о чем говорю.
Мальчик снова удивился. Мне даже не по себе стало — взгляд у него был на редкость проницательный. Ну как у него, у меня… И когда он на меня смотрел, я испытывал странное чувство. Вот так попробуй поговорить сам с собой — мозг можно сломать. Сомневаюсь, что кто-то вообще когда-либо задумывался о подобном.
— Я пойду? — осторожно спросил он.
— Конечно, — улыбнулся я.
Алексей двинулся в сторону «Энергетика», пару раз он оборачивался в мою сторону. Представляю, что он там себе напридумывал.
А я вернулся к своим.
— Леха, ты чего? — спросил Женька. — Будешь теперь всех дворовых мальчишек защищать? Да они постоянно друг с другом дерутся, повод всегда найдется.
— Нет, Жень, — вздохнул я. — Тут совсем другое. Знаешь, кто пацана этого бил?
— Кто?
— Младший брат Пащенко. Тоже по стопам братца собирается идти.
— Да ладно, ты серьезно? — удивился тот, затем хлопнул себя по лбу. — А я про него слышал. Вроде как отличник учебы, не?
— Был им до недавнего времени, — осторожно поправил я. — А с тех пор как брат его занялся мутными делами, начал портиться. Как бы до беды не довело его. И самое обидное, это ведь из-за меня Миша таким козлом стал.
Юля прижалась ко мне всем телом. Уж она понимала, о чем я говорю. Сколько было у меня стычек? От отчаяния, зависти и ненависти, Миша начал беспределить.
— Может, пойдем уже в кафе? — Горчакова вся эта история с хулиганами не сильно интересовала. Ему хотелось как можно больше времени провести с Аленой, лимонадом и мороженным. И это нормально.
Мы все вместе вошли в кафе «Припять». Оно было по-своему удивительным, хотя по современным меркам, довольно скромным. Но молодежь считала его стильным и популярным местом.
Это после аварии оно стало безжизненным коробком из стали, бетона и стекла. А сейчас всю лицевую часть украшали изумительные витражи из разноцветного стекла.
