Автор
Внутреннее напряжение персонажа в центре схватки заставляет кровь биться в ушах. Улицы перед глазами темнеют, и только тихий шепот "Алкаша" остается ясным — он держит пистолет на расстоянии выстрела, но не знает, где именно его сейчас сжимают пальцы.
Надо позвонить, может, придет забрать? А?
— Спасибо, Александра Евгеньевна, вы очень помогли следствию, — улыбнулся я.
— Да не за что, — хитро посмотрела на меня девушка. — Супруге привет передавайте.
— Не женат я.
— Да вы что? Такой мужчина…
— Александра Евгеньевна! — осекла ее директриса. — Спасибо за помощь, мы вас больше не задерживаем.
— Поняла, Светлана Степановна. Ухожу, ухожу… А, чуть не забыла. Седьмой “Б” макулатуру так и не сдал. Классный руководитель говорит, что…
Директриса зыркнула на нее взглядом Горгоны.
— Все, ухожу. Если у товарища из милиции будут еще какие-то вопросы, я тут в кабинете под лестницей. Раньше это каморка была, а сейчас…
— Вон! — не выдержала Светлана Степановна.
Шура выскользнула из кабинета. Директриса вздохнула:
— Вы не думайте, она не такая. Не знаю, что на нее сегодня нашло. А за сгущенку мы возместим. Я вам обещаю. Там недоразумение просто вышло.
— Светлана Степановна, — улыбнулся я. — Личная жизнь сгущенки меня не интересует. Все, что нужно, я узнал.
— Вам спасибо, — улыбнулась в ответ директриса.
— А мне-то за что?
— За то, что в милиции работают такие чуткие и понимающие люди.
— Рады стараться. До свидания.
Я вышел из кабинета директора и посмотрел на наручные часы. Нитевидные стрелки “Славы” показывали половину пятого. Еще на работу успею.
Что за таинственный ухажер был у Веры? Женатый и на белой Волге. Это еще проверить надо… С описанием не густо. А, еще солидный и в костюме. Но каждый, кто ездит на белой Волге выглядит презентабельно, как Ипполит из ""Иронии судьбы”.
С виду выглядит все логично и безобидно: молодая разведенная учительница встречается с женатым ухажером возраста около сорока, владельцем новой Волги и, естественно, скрывает от окружающих, в том числе и от матери, свой роман. То, что скрывает, оно понятно.
Особенно это касалось тех, кто зачастую являлись членами партии. Роль партии в этом вопросе была как всегда главенствующей. В практику даже вошли случаи, когда мужчин или женщин возвращали в семью под угрозой увольнения с работы и исключения из партии, если один из супругов жаловался руководству.
