Автор
Внутреннее напряжение персонажа в центре схватки заставляет кровь биться в ушах. Улицы перед глазами темнеют, и только тихий шепот "Алкаша" остается ясным — он держит пистолет на расстоянии выстрела, но не знает, где именно его сейчас сжимают пальцы.
— Откуда тебе знать, молокосос, что нужно моему сыну?
— Знаю, — тихо проговорил я. — Я без отца вырос…
Соболев замолчал. Не раз вздохнул и потер лоб. Потом уже намного спокойнее сказал:
— Зачем ему такой отец? Алкаш. Немощный…
— Не в праве вы в этом деле решать за своего сына… И алкаш — это ваша заслуга. Не нужно валить все на немощность.
— Вы еще слишком молоды, товарищ милиционер. Вы не бывали в таких ситуациях.
— Конечно, проще свалить все на ситуацию, сидеть, ныть и ругать судьбу и всех вокруг. А что конкретно вы сделали чтобы что-то изменить? По-стахановски заливали горе самогоном из самопального аппарата? То есть на это вы способны с одной рукой, сидя в инвалидной коляске? Поймите и примите, что страна вам не поможет.
Я помнил еще со студенчества, когда учился на истфаке, как неприглядно обстояли дела с такими, как Соболев. Курсовую даже как-то писал о борьбе диссиденствующих инвалидов за свои права. Приводил пример в своем курсаче — Валерия Фефелова, который, будучи тоже человеком с ограниченными возможностями, даже написал книгу с говорящим названием «В СССР инвалидов нет!» — своего рода «Архипелаг ГУЛАГ» о злоключениях людей с инвалидностью в советских больницах и прочих присутственных местах.
Соболев был сильно озадачен. Он сидел и размышлял.
— У Веры не было врагов, что вы еще хотите про нее узнать?
— То, что вы в прошлый раз не рассказывали милиции, — ответил я.
— Как вы узнали, что я не все рассказал? — Константин уставился на меня удивленными глазами.
— Тут все просто. Вы злитесь на бывшую супругу. Эта злость грызет вас изнутри. Возможно, вы что-то утаили. Если честно, я просто предположил. Поэтому прошу, расскажите нам все. Это очень важно…
— А как на нее не злиться? — злобно усмехнулся Соболев.
Он кивнул на пожелтевшую фотографию в рамке на стене, с которой улыбался молодой статный парень в заводской робе с лицом работяги, будто бы с советского плаката.
Трудно было узнать в том парне нынешнего Соболева."
"— Верочка была красивой и за ней мужики увивались, — начал свой рассказ Константин. — Я внимания не обращал, а когда стал инвалидом, стал на многое обращать внимание.
