Я бежал, ломая кусты и борясь с еловыми колючками. Федя пыхтел сзади, отставая. В голове только одно: надо вернуться и забрать его ПМ. Но не хочу рисковать — завтра точно застрелюсь. Я остановился, прислушиваясь к тишине, где-то слышалось движение. Куда дальше?
Ночка ясная, но не по сезону теплая.
— Дровенник там, топор в чурке воткнут, — махнул рукой на сарай Вован.
Я кивнул Быкову:
— Пошли, поможешь.
Мы отошли к ладному сараю из строганных досок, больше похожему на летний домик с плоской крышей. Окон только не хватает и крылечка. Топора в чурке не оказалось, я уже хотел было “предъявить” за инструмент, как где-то вдалеке по улице желтые лучи резанули темноту. Донеслось урчание мотора.
— Кого там еще несет? — нахмурился Вован.
— К нам, что ли? — бугай вышел за ворота, следом за ним высыпала компашка мажорчиков.
Судя по звуку мотора — это что-то немаленькое. Быков хотел было уже тоже выйти на улицу, но я, предчувствуя неладное, удержал его и прошептал:
— Давай здесь постоим, не светись.
Тот молча кивнул и отступил обратно в тень дровенника. Тем временем скрипнули тормоза, и машина встала возле ворот. В открытую дверь ворот я увидел, что это была черная “Волга”.
— Гостей принимаете? — из машины вылез очередной мажорчик, длинный и худой, как жердь.
— О! Генка! — Вован полез обниматься с долговязым. — Здорово! Ты как к нам попал? Не любишь же природу и дачи!
— А я не один, — заговорщически проговорил Генка. — Друга вам привез. Достал меня совсем. Отвези да отвези! Вот, пришлось ехать.
— Какого друга? — удивился коротыш. — В машине нет же никого.
Я уже начал догадываться, что за друг.
— Пошли, — шепнул я Быкову. — Будь наготове.
— А что такое? — непонимающе помотал он головой.
— Тихо ты… Если я прав, сам все увидишь.
Мы выбрались из “укрытия”. Попутно я оглядел обстановку. Взял с мангала увесистую кочергу и передал ее Антону:
— Оружие твое, только по голове не бей, а то черепушку проломить можно.
— Кого бить-то?
— Тихо, говорю…
Мы приблизились к воротам. Я выглядывал в щель между створками. У Вована в руках топор. Он, видно, его нам нес, но не успел отдать. Черт, хреново.
— Смотрите, пацаны! — Долговязый Генка подошел к багажнику и распахнул его.
Оттуда, как черт из табакерки, выскочил Зинченко-младший.
— Хоба! — крикнул он. — Не ждали, други?
— Женька! — загалдели пацаны. — Ты чо в багажнике?
— А как еще через ментов проехать? Обложили меня, суки!
— Они и багажник хотели обшманать, — добавил Генка. — Остановили нас на выезде из города. Пришлось партбилет показать и напомнить ментам, кто мой отец.
— Жека, давай в дом скорей, — потянул его Вован за руку. — Там спокойнее.
— Да я ненадолго, — ответил Зинченко, — ночку перекантуюсь и дальше рвану.
