Я бежал, ломая кусты и борясь с еловыми колючками. Федя пыхтел сзади, отставая. В голове только одно: надо вернуться и забрать его ПМ. Но не хочу рисковать — завтра точно застрелюсь. Я остановился, прислушиваясь к тишине, где-то слышалось движение. Куда дальше?
Горохова с нашей бандой еще не было. Пока всех соберет из дома – мы тут успеем поработать. Зато здесь были дежурные наряды и старший следователь прокуратуры по особо важным делам, товарищ Дубов с неизменной своей прекрасной помощницей Галей. Та уже строчила протокол осмотра, и опять с головой ушла в работу, отрешившись от происходящего вокруг. Интересно, она когда-нибудь улыбается вообще?
— А, Петров! — Дубов протянул лапу. — Ты один? А где Паутов?
Наконец-то он стал меня узнавать. Прогресс.
— Наверное, скоро будет, — пожал я плечами.
— Не понял?
— Я прикомандирован к группе Горохова Никиты Егоровича.
— А-а-а… — ухмыльнулся Дубов. — Так ты теперь на конкурентов работаешь.
— Почему на конкурентов? — пожал я плечами. — Одно дело делаем.
— Выскочка этот твой Горохов – пробурчал Дубов, как будто себе под нос. – Что мы, без Москвы тут сами не разберемся?
— Ну, пока же преступник не найден.
— Это потому, что каждый на себя одеяло тянет. Понаехали из Москвы, дела у нас забрали.
— Личность убитой установили?
— Пока нет. Документов с собой у нее не оказалось. Но сумочка при ней, и кошелек на месте.
Я раздвинул плечами плотное кольцо и протиснулся к месту, где лежало тело.
— Разрешите ваш фонарик? — обратился я к одному из людей в штатском, сверкнув перед ним своими корками.
Тот уступил мне прибор, не вдаваясь, что там написано у меня в удостоверении.
— Товарищи, — обратился я к присутствующим. — Посветите мне тоже, если не сложно.
Я присел на корточки и пустил луч по земле сбоку. Такой прием косо падающего освещения неплохо высвечивал следы, даже если они были со слабовыраженным рельефом. Вслед за моим лучиком потянулись светлые пятна от фонариков коллег.
