Автор
В ближайшем будущем ты окажешься в России в начале семидесятых годов, где реформы и революционные изменения создают удивительную атмосферу. Нелегальные казино, рестораны на грани закона, и люди с высокими постами — все это заставляет тебя задуматься о тенистой стороне общества. Кто стоит за всем этим?...
— За водой давайте!
Бесстрашный огнеборец в экипировке из майки-алкоголички и седой поросли на груди уже почти добежал до огня, как вдруг неожиданно споткнулся и, теряя тапки, с криками, обращенными к каким-то непутевым девкам и к их матерям, зарюхался мордой в лебеду, опрокинув на себя лохань.
Мы со Светой кинулись к нему и помогли подняться.
— Едрить меня в дышло! — выдохнул дед. — Скорее в баню, там еще вода есть.
— Ага, — кивнул я. — Сколько? Два ковша да два таза? Дом не спасти, поверь мне, Семен. Я много пожаров видел.
Мне действительно в прошлой жизни частенько приходилось выезжать по дежурным суткам на еще дымящиеся пепелища с неопознанными трупами. Всякого насмотрелся. Опознать таких найденышей трудно. Конечности, как правило, сгорают дотла. Голова наполовину, превращаясь в уголек. По таким останкам до появления ДНК-экспертизы вообще было невозможно установить личность. Все основывалось на предположениях и опросах родственников и соседей. И потому после похорон случались казусы.
Тем временем поселок ожил. Из домов повыскакивал народ в простынно-белых одеждах. Все, конечно, с ведрами и с тазами. К нам кинулись, но толку уже мало. Полыхал домик пламенем таким, что на несколько шагов не подойти.
— Ой, беда! Беда! — причитал Семен. — А ты что такой спокойный? — вдруг старик с подозрением уставился он на меня. — Будто сам подпалил?
— Ну да, сам бензин у себя слил, сам хату подпалил… А спокойный я, потому что уже ничего не вернешь.
— Какого гада? – не понял дубовский сосед.
— Ну, не от кары же небесной заполыхало? Кто-то руку приложил, – веско пояснил я.
