Автор
В ближайшем будущем ты окажешься в России в начале семидесятых годов, где реформы и революционные изменения создают удивительную атмосферу. Нелегальные казино, рестораны на грани закона, и люди с высокими постами — все это заставляет тебя задуматься о тенистой стороне общества. Кто стоит за всем этим?...
— Да ты что, Андрей? — хлопнул себя по голым ляжкам дед. — Думаешь, кто-то из наших? — Семен с тревогой обвел взглядом суетившийся возле нас разношерстный люд в калошах, сапогах, а то просто босопятых.
— Нет, блин, из Парижу примчались дачку жечь.
— Тогда внимательнее смотри, Андрюша. Внимательнее… Излови ирода.
— Да, смотрю я, Семен, аж в глазах слезится. Хотя его, может, и нет здесь…
— Все-таки из Парижу, значит?
— Нет, из Новоульяновска, например… Но я это выясню. Обещаю. Сегодняшний пожар — этому подтверждение.
Пожар — дело страшное, но сосед уже явно начал получать удовольствие от того, что оказался в самом эпицентре такого события.
— Скажу, я обязательно скажу. — Семен умчался вздыхать и причитать к соседней группе огнеборцев, раз больше ничего не поделаешь.
Телефонов, чтобы вызвать пожарных, в дачном поселке не было.
— Зачем ты это сказал Семену? — нахмурилась Света. — Что мы на след напали? Преступник может залечь на дно.
— Что-то мне подсказывает, что он, наоборот, дров наломает с перепугу. Если, конечно, Семен пустит нужные слухи – и они до него дойдут.
— В том, что пустит, — кивнула Света, — нисколько не сомневаюсь. А вот что дойдут…
— Попытка не пытка, нам пока только ждать остается."
"Домик героически догорал еще несколько часов. Мы были заняты тем, что для предосторожности раскурочили ближайшие пролеты заборов и оттащили подальше, чтобы огонь не перекинулся на соседние домишки, а мирно увяз в лебеде и глине с навозом.
Утром, наконец, приехал дачный автобус и увез нас в город. Я сделал сообщение в дежурку о поджоге, проконтролировал, чтобы его зарегистрировали, тогда точно группу направят. Пусть-ка местные порасследуют. Пока поджог мы всё равно не можем связать с убийством.
Потом быстро отловил Погодина. Он взял служебку, и мы вернулись в дачный поселок с канистрой бензина. Я всю дорогу ерзал на чуть продавленном сиденье. Надеюсь, мою ласточку не сожгли, пока меня не было, и колеса не стырили.
— Спасибо тебе, Егор, — я протянул ему руку.
Тот аккуратно ее пожал, будто хрустальную:
— Гражданин начальник, мы в расчете? Заявления на меня писать не будете?
— Не буду, только ты бы в город лучше перебирался. На работу бы устроился.
— Да я и так скоро в город, — махнул лапищей здоровяк. — Надоело кочаны да лопаты тырить… Там хоть развернуться можно.
