Автор
В ближайшем будущем ты окажешься в России в начале семидесятых годов, где реформы и революционные изменения создают удивительную атмосферу. Нелегальные казино, рестораны на грани закона, и люди с высокими постами — все это заставляет тебя задуматься о тенистой стороне общества. Кто стоит за всем этим?...
Та, похоже, была ошарашена не меньше моего. Озадаченно моргала и теребила пуговицу на форменном кителе. Наконец, едва заметно повела плечами, выпрямила спину – собралась.
— Горин, — хлопнула она по столу, — ты ничего не путаешь?
— Нет, конечно, он приходил незадолго до своей смерти в прокуратуру. Вот только когда точно — не помню. А потом, когда дело по его убийству мне поручили, я его сразу узнал по фото. Такой стиляга легко запоминается. Точно говорю, это он приходил.
— Кажется, теперь ясно, к кому из прокуратуры обращался потерпевший, — я многозначительно посмотрел на Галю, испытывая ее на прочность.
— Горин, все! Выйди, — фыркнула та. — Не мешай работать. Не видишь? У меня посетитель.
— Так зачем он приходил, Галина Владимировна? — стоял на своем следователь, пятясь к выходу, будто готовый бежать в любую секунду.
— Понятия не имею. Все. Скройся!
Должность свою она явно получила не зря. Горин внял её силе и немедленно повиновался.
— Извините, — следак выскочил из кабинета и аккуратно прикрыл за собой дверь.
Галя задумчиво постучала отточенными ноготками по столу, перевела на меня взгляд и возмутилась:
— Андрей! Ты что на меня так смотришь? Думаешь, я что-то скрываю?
— Ох, Галечка, я уже и сам не знаю, кому верить. Слишком много людей завязано на убийство Дубова. Получается, сам он и затихарил заяву покойного Гребешкова, которая коррупционную схему ментовскую вскрыть могла.
— Ну ты краски не сгущай и лишнего не наговаривай. Сам знаешь, что Глеб Львович хоть и резкий был, но честный.
— Согласен, только то, что я Дубова знаю как человека достойного и неподкупного, – я промолчал, что особенно этим он отличился в девяностые, за что и поплатился тогда своей жизнью, — не дает мне его в чем-то неприглядном подозревать. Хотя в мыслях сидит червоточинка и покоя не дает. Если честно, что-то мне подсказывает, что убийство Дубова и убийство Гребешкова — звенья одной цепочки.
"— Не верю я в это, — замотала головой Галя, сердито сведя брови. — Мы с Глебом Львовичем бок о бок больше пяти лет проработали. А если по трудодням считать, то и вообще лет на семь наберется, с нашими графиками, которые так и назвать-то трудно. Допоздна засиживались и в выходные пахали. Из-за такой работы я уже два раза замужем успела побывать.
