Автор
В заседании кабинета спецгруппы летним утром 1982 года в Москве, где тихо шел дождь, работа казалась бесконечной рутиной. Встреча начавшись рутинно, но каждый участник смотрел за своими делами: Горохов читал сводку утра, Погодин вздыхал, Катков записывал каждое слово, а я сосредоточенно считал воробьев за окном. Только Светлана внимательно слушала Никиту Егоровича....
Еще одна пожарка с автолестницей пронеслась следом. Нехорошее предчувствие закралось в голову. Вот черт… Что же там случилось? Я нажал на газ и вклинился в поток как раз за пожарными машинами. Те не останавливались на светофорах. Автомобилисты пропускали нас, притормаживали и жались к обочинам. Вот и выезд из города. Показалось здание роддома. Твою дивизию! Роддом горит!
Я влетел во двор учреждения следом за пожарными машинами. Там уже стояла одна и поливала окно первого этажа, откуда вырывался столб огня, норовя перекинуться выше.
Протиснувшись сквозь кольцо охающих пузатых женщин в ситцевых халатах и медиков, приблизился к зданию. Жар обдал лицо и руки. Припек рубашку к телу. Сегодня и без огня жары хватало.
— Что случилось? — спросил я угловатую женщину в белом халате, ростом она была с меня, а по весу и того больше.
— А тебе какое дело? — огрызнулась та, скривив губу с пушком черных усов.
— Резникова Тамара Павловна? — спросил я.
— Ну, да…
— Милиция, — я достал удостоверение.
Глава 19
Резникова чуть скривилась и повела широкими, как у пахаря, плечами:
— А в чем, собственно, дело? Вы по поводу пожара приехали? Огонь еще не потушили, а милиция тут как тут. Я официально заявляю, что администрация роддома здесь ни при чем. Нашей вины в возгорании нет. Так что не получится, товарищ милиционер, вам халатность на нас повесить.
— Разберёмся, — хмыкнул я. — Никто на вас ничего вешать не собирается.
Мы отошли в сторону. В это время вторая пожарка помогла полупустой подруге и быстро добила остатки огня. В воздухе висел запах мокрой сажи и горького дыма. Кольцо рожениц, подгоняемое медиками, развернулось в ленту и потянулось в сторону дальнего корпуса. Похоже, что никто их эвакуировать не собирался. Повреждения минимальны, но, судя по тому, какие густые черные следы остались вокруг окон, пара кабинетов выгорела почти дотла. Будто их изнутри поливали горючим.
— Что тут у вас произошло? — спросил я.
— Загорелись ординаторская и архив, — ответила Резникова. — Пострадала только часть административного крыла. До палат и родильного блока огонь не достал, поэтому все спокойно и организованно возвращаются по местам.
