Автор
В заседании кабинета спецгруппы летним утром 1982 года в Москве, где тихо шел дождь, работа казалась бесконечной рутиной. Встреча начавшись рутинно, но каждый участник смотрел за своими делами: Горохов читал сводку утра, Погодин вздыхал, Катков записывал каждое слово, а я сосредоточенно считал воробьев за окном. Только Светлана внимательно слушала Никиту Егоровича....
Сами знаете, сколько всяких приезжих и проверяющих нацелены копать под начальника милиции. Должность такая в захолустье не ахти чего даст, а спрос — будто я руководитель целой области.
— Все понимаю, Михаил Олегович, — кивнул я. — Не прибедняйтесь. Вы мне тоже очень помогли в оперативных комбинациях. С прессой и с трудоустройством Кошкиной — с ней-то всё в порядке, кстати? — получив уверенный кивок, я договорил: –. Без вас мой план бы не выгорел. Извините, что раньше не посвятил вас в детали. Сам не знал, кому доверять.
— Вот как? — Караваев вскинул на меня бровь. — И на кого же вы думали?
Я помедлил секунду.
— Честно? На вас.
— Спасибо, что приписали меня к когорте умных, — рассмеялся Караваев. Коллеги вокруг тоже весело улыбались. — Но вы оказались прозорливее всех моих замов вместе взятых.
— Обновите руководящий состав, — я кивнул на Вахрамеева и, чуть понизив голос, добавил. — Вы же помните мою просьбу?
— Конечно, — закивал тот.
Вахрамеев не ожидал такого поворота. Вытаращил на меня глаза. Подошел и с благодарностью тихо прошептал:
— Спасибо, Андрюха… Думал, так и буду до пенсии опером бегать.
— Товарищи, — громко приговорил Горохов — Не будем слишком наглеть и нарушать больничный режим. Нам пора. Подождите меня в машине.
Присутствующие послушно попрощались и вышли из палаты. Мы остались с шефом вдвоем.
Никита Егорович прикрыл дверь."
"— При местных не стал говорить, — улыбнулся он. — Группу ты нашу, можно сказать, спас. Убийца Дицони найден. Хоть и мертвым, но дело прекратили. Еще и местным помог маньяка изловить. Первым усмотрел серийность. Это нам на руку сыграло. Проект приказа о расформировании межведомственной группы благополучно затерялся в кулуарах власти, его так и не согласовали.
Я удовлетворенно кивнул, но тут же и заспорил:
— Вы свои заслуги, Никита Егорович, не умаляйте. Вы тоже такой один. Это последнее дело мне фартануло одному раскрыть. Всегда под вашим руководством работал.
