Москва, март 1985: вечерний трансформатор «Луч» заполнен весельем и шумом. Разношерстная компания — от простых рабочих до модниц в легких платьях — сознает субботу, погружаясь в хмельное веселье и парную дымку. На сцене выступает великолепный исполнитель ВИА, его прическа напоминает мольберт-чучу. Артисты в нарядных рубахах играют для румяных лиц зрителей и мерцающих ламп под светодиодами....
Блин, это что, такой мощный гипноз, мать его?
Тряси головой, не тряси, а голос бабки теперь я слышал будто сквозь сон. Врешь. Не возьмешь! Никому не дозволено гипнотизировать майора Нагорного. Это я что, вслух сказал? Отчетливо услышал свою последнюю фразу, будто проговорил во всеуслышание. Так, надо заканчивать этот цирк. Я выдернул руки, но оказалось, что меня никто давно уже не держит.
В голове вмиг прояснилось. Надо мной нависла карга:
— Очнулся?
— Я всегда был в себе, — попробовал я поспорить.
— Ты двадцать минут как в трансе сидел, — обеспокоенно проговорила Света.
Быть такого не может! Я глянул на часы. Вот блин, точно отключился. Как так?
— Все нормально, — успокоила гадалка Свету. — Его нельзя было трогать, он сам должен был выйти оттуда.
— Как все прошло? — я попытался натянуть дежурную улыбку. — Как там моя линия жизни, или что там?
— Ты проживаешь вторую жизнь, — вдруг заявила бабка, снова пыхая трубкой.
Оставлять такое просто так было нельзя.
— Ну, это всем известно, — хмыкнул я, — что в прошлом каждый из нас кем-то был еще.
Я даже проговорил вслух незатейливые строчки из его песни о переселении душ:
«Быть может, тот облезлый кот был раньше негодяем,
А этот милый человек был раньше добрым псом».
— Ты был человеком, — на полном серьезе выдала бабка. — Не очень хорошим для себя и окружающих. Судьба дала тебе второй шанс. Используй его.
— А иначе что? — хохотнул я, но вышло как-то совсем уж нервно.
— Ничего. Судьба заберет тебя обратно, как уже когда-то с тобой случилось.
Бл*ха. Это мне снится, или я действительно слышу, как какая-то ворожея раскрыла мою сущность? Едва ли не вслух сказала, что я... Как это называется — попаданец? Сидеть здесь было все равно, что прилюдно раздеться. Я не эксгибиционист и нужно срочно менять тему разговора, пока бабка лишнего не сболтнула — или я чего-то такого не спросил. Хотя очень хотелось.
Я нацепил на морду ментовской официоз и придал голосу напускного скептицизма:
— Так если вы, Вероника Павловна, людей насквозь видите, может, и убийцу вашего внука поможете изловить? Ворожбой, так сказать. Узнайте там, — я мотнул головой, указав глазами в потолок, — по своим каналам. Кто этот чертов Холодильщик?
— Я уже говорила, — голос старухи скрипнул сухо, как ржавые петли двери. — Чтобы видеть, мне нужно присутствие самого человека.
— Хм-м...
