Москва, март 1985: вечерний трансформатор «Луч» заполнен весельем и шумом. Разношерстная компания — от простых рабочих до модниц в легких платьях — сознает субботу, погружаясь в хмельное веселье и парную дымку. На сцене выступает великолепный исполнитель ВИА, его прическа напоминает мольберт-чучу. Артисты в нарядных рубахах играют для румяных лиц зрителей и мерцающих ламп под светодиодами....
Если трещина пошла, дальше будет больше. Что ж, подождем. А ждать я умею...
От таких мыслей захотелось затянуть душевную песню. Но горланить в коридоре гостиницы — это уже слишком. Если только, так и быть, намычать себе под нос мелодию про сердце, которому никак не хочется покоя.
* * *
— Никита Егорович! — я почти залетел в кабинет, где наша команда вот уже в сотый раз ковыряла версии про Холодильщика, разложив фотографии с места происшествия на огромном, заваленном бумагами, столе Горохова. — Есть зацепка!
— Говори, — шеф с надеждой на меня уставился и замер, будто боялся спугнуть удачу.
— Я собрал информацию о погибших родителях Димы Кочкина. Так вот, его отец закончил Цыпинскую среднюю школу № 12 в 1965 году.
— И что нам это дает? — следователь немного сник, ожидая, наверное, услышать от меня как минимум анкетные данные маньяка, ну или на худой конец, адрес его проживания.
— А то, что отец Ложкина и отец Тетеркина тоже закончили эту же самую школу в шестьдесят пятом.
— Опа! — Горохов аж привстал, чтобы лучше меня слышать.
— То-то и оно, — торжествующе кивнул я. — Они все с одного выпуска. Вы же сказали, искать общее между жертвами. Вот оно — общее. Все их родители учились в одно время в одном месте."
"— Молодец, но почему ты раньше этого не нарыл? — хвалебно, но с некоторой долей укоризны спросил шеф.
— Потому что счёл это совпадением. Подумаешь, отцы Ложкина и Тетеркина вместе учились. Город не такой большой, могло так совпасть.
— Получается, что кто-то убивает подростков, которые являются детьми одноклассников? — Никита Егорович задумчиво озвучил вслух общие мысли.
Или, вернее, общее недоумение на эту тему.
— Получается, что так.
— Но зачем? Каков мотив?
— Например, из мести, — вставила веское слово Света. — И убийца, соответственно, тоже кто-то из бывших одноклассников.
— Нужно, выходит, выяснить, насколько близка была вся эта троица в начале шестидесятых, когда в школе училась, — кивнул следователь, перебирая бумажки на столе, будто что-то там искал.
— Согласна, — Света бросила на меня мимолетный взгляд, я ей незаметно улыбнулся. — Смею предположить, что они были друзьями. Ну, или местными хулиганами, которые, например, терроризировали школу и нажили себе смертельного врага.
— Месть корнями из детства? — Горохов недоверчиво посмотрел на Психологиню.
