Москва, март 1985: вечерний трансформатор «Луч» заполнен весельем и шумом. Разношерстная компания — от простых рабочих до модниц в легких платьях — сознает субботу, погружаясь в хмельное веселье и парную дымку. На сцене выступает великолепный исполнитель ВИА, его прическа напоминает мольберт-чучу. Артисты в нарядных рубахах играют для румяных лиц зрителей и мерцающих ламп под светодиодами....
Машина не успела к дому подъехать, а на нее уже из-за штор с обеих сторон улицы таращится несколько пар любопытных глаз. В сельской местности у пенсионеров и детей самое интересное занятие — это за прохожими и соседями наблюдать, в окошко там или с крыльца. В городе легче затеряться и такие дела с трупами проворачивать. Но, ясное дело, в квартиру такой холодильник не поставишь. Значит, приоритетно искать надо в частном секторе. Я запрошу данные на всех ранее судимых за убийства и насильственные преступления, кто освободился за последние пять лет.
Горохов сказал это вроде бы и без сарказма, а Света украдкой бросила на меня взгляд и улыбнулась уголком рта. Катков и Погодин лишь вздохнули. Один из них явно хотел работать в паре со Светой, а второй — со мной. Но в этот раз им не повезло. Конкуренция в отдельно взятом коллективе, так сказать.
А мне повезло? Фиг знает.
— Есть проверить всех по месту жительства, — я картинно приложил правую ладонь к виску. — Просеем всю шушеру, склонную к подобным преступлениям.
— Только, боюсь, что это ничего не даст, — вмешалась Света. — как показывает практика, маньяк всегда маскируется под обычного человека. А зачастую даже под примерного семьянина и прилежного работника. Может в партии состоять.
— По крайней мере, в этом случае мы отметем часть подозреваемых, — кивнул Горохов. — Ты, Светлана Валерьевна, извини за сравнение, будто ходячий детектор лжи. Поможешь Андрею Григорьевичу разобраться, кто из откинувшихся «Фантомас», а кто нет.
Света дежурно улыбнулась. Что ж, все при своих задачах, можно браться за дела. Я оглядел своих коллег — всем как будто хотелось немножечко “дозреть”, сидя в благоустроенном кабинете.
Вот и Погодину было что сказать.
— Одного не пойму, — почесал затылок Федя. — Если Холодильщик похищает и убивает детей, зачем он их тела подбрасывает в лес? Если бы трупы не обнаружили, никто бы его не искал. Он же, фактически, запустил на себя охоту.
Вопрос действительно интересный. Я повернулся к Психологине.
— Скорее всего, он и правда желает привлечь внимание к своей персоне, — ответила Света.
