Автор
Под московским небом лето тихое и приветливое. Подмосковный поселок Рублевка в июне 1986 года радует глаз свежестью после дождя. Здесь еще не устремляются богачи и политики, но многие из модных коттеджей уступают их по фешенебельности. Новые дома строятся на средства государства для партийцев, артистов и звезд спорта. В этом месте живут настоящие люди в тени величия элиты....
Наши автомобильные замки чуть ли не отверткой открываются, сам знаешь…
— Давайте я поведу, — вмешался Катков, уловив мое состояние, он открыл дверцу и вылез из машины. — Похоже, что в гостиницу уже можно не торопиться…
Я согласился и пересел назад.
Доехали до гостиницы. Я взбежал по ступенькам и хлопнул входными дверями, напугав сонную администраторшу. Подскочил к нашему номеру и с трепетной надеждой отпер дверь. Но уткнулся в черную пустоту. Светы там, конечно же, не было.
Вот сука! Я впечатал кулак в стену.
Тем временем в комнату ввалился чуть помятый Горохов. Его уже, как видно, разбудил Федя. Я все рассказал шефу. С каждой моей фразой он становился все мрачнее, раздувал щеки, а потом на минуту молча куда-то исчез. Вернулся уже с сигаретой в зубах. Зло пыхал клубами табачного дыма и мерял шагами комнату.
— Вы же бросили, Никита Егорович? — удивленно и одновременно осуждающе уставился на него Алексей.
— Бросишь тут… — отмахнулся от него следователь, а потом поднял кулак, ухнул и погрозил невидимому врагу. — Думайте, товарищи, думайте, как дальше нам действовать. Это уже ни в какие ворота не лезет, на нашу сотрудницу преступник покусился. Поиграть ему захотелось… Откуда только он все про нас знает? Это же как рассчитать все надо было?
— Пичугин, теоретически, мог это сделать, — предположил Федя.
— Думаешь, это Пичугин похитил Ожегову?
— А кто же еще? — уверенно хмыкнул Федя. — Сначала он пытался убить Андрея, потом пришил Воеводина. А теперь вот до Светы добрался.
— Мотив какой? — Горохов испытывающе уставился на него.
— Как сказала бы Светлана Валерьевна, все дело в скрытых психических мотивах родом из детства. Действия Пичугина похожи на месть психопата.
— Месть? Кому и за что? — Горохов вмял окурок в примостившийся у пузатого графина стакан.
— Ну, я же не Светлана Валерьевна, — пожал плечами Федя. — Вот освободим ее, она нам это и расскажет.
— Это нам сам Пичугин поведает, — процедил я, скрипнув зубами.
