Назад в СССР — читать онлайн бесплатно полностью

Правда, разные они абсолютно. Как Инь и Дзинь. То есть Янь. Прозорливый интеллигент и прожженый работяга. Вот на таких и держалась страна.

Первая неделя в милиции прошла без происшествий в прямом смысле этого слова. На происшествия меня не брали. По статусу не положено. Допуска к участию в следственных действиях нет, навыки фотофиксации еще только вырабатываются. Конечно, фотоумения из прошлой жизни мне, ой, как пригодились. Не надо было париться по поводу проявки пленок, печати или сушки фотографий. Мне даже нравилось разводить растворы и макать поочередно карточку то в одну ванночку, то в другую, наблюдая, как в красном свете прорисовываются очертания места происшествия.

Но снимать на старый и надёжный, как калаш «Зенит-Е», выбирая нужную экспозицию в соответствии с потребностями осмотра места происшествия, — это совсем другое, нежели селфи щелкать и пейзажи снимать. Тут пришлось вникнуть в правило судебной фотографии со всеми ее панорамными, узловыми и детальными съемками. Это в фильмах показывают, что эксперт бродит по месту преступления невпопад, как заблудший в рюмочную пролетарий после долгожданной получки. И щелкает то там, то сям. Все, что красиво лежит и, что в голову взбредёт. Ан-нет!.. Всю эту кухню я когда-то поверхностно знал — чай не один раз на происшествия гонял, да в ЭКЦ немного просидел, когда время горячее было и за моей головой (или жопой) охотилась инспекция по личному составу, ОСБ и другие государевы гончие."

"С тех пор много воды утекло. И водки. А теперь все приходилось вспоминать. Но вспоминать — не заново учить. Тем более мозгом я далек от имбецила. Так что, дело спорилось. Витя даже фыркал иногда, когда у меня что-то получалось. Почему-то мои успехи были, как грецкий орех в горле хомяка. И проглотить не может, и выплюнуть жалко.

Но я на него внимания не обращал, хорьки (хомяки) они все такие. Главное, что Паутов к его мнению особо не прислушивается. Часто сам выходил из свой норы и смотрел, как я мотаю пленки и развешиваю на веревочке мокрые фотографии. После этого они, правда, по мере высыхания скручивались в трубочки. А фотосушилки в отделе не было. Сломалась. Кстати, чинить — моя работа, но все понимали, что в этом я пока зелен, как альпийский луг в сезон дождей. Да и мне особо не хотелось вникать в то, что не связано напрямую с раскрытием преступлений. Поэтому я усердно постигал искусство судебной фотосъемки, и неубиваемый «Зенит — Е» за это время стал мне ближе девушки. Хотя, девушки у меня и так не было. Молодые следачки, торопливо забегавшие в отдел (назначить или наоборот — забрать эксперитзку), с интересом меня разглядывали. Если девушка ладная, да складная, я отвечал им тем же и помогал найти нужное заключение в ворохе исполненных экспертиз.