В рваном шкафу моего кабинета лежит телефон из другой эпохи. Его диск сейчас выглядит как стареющий слон. Я берег его, как монах невинность, даже когда коллеги-оперативники пытается на него глазурь навешать. Взглянув в этот прошлое окно, я готов отправиться на розыск.
Прозвище очень даже ничего себе, учитывая, что я вообще слесарь, который выполняет технические фотоработы.
Жизнь в отделе текла своим чередом. Я уже избавился от своего желчного наставника. Витя больше не стоял у меня над душой, теперь я мог оттачивать навыки по фотосъемке самостоятельно.
Плюс — освоил методы исследовательской съемки: фотал следы рук, обуви, следы перчаток, следы взлома и прочую крайне нужную для доказательной базы лабуду."
"В этих целях пришлось на некоторое время сродниться с репродукционной установкой «Уларус»: чугунная гробина под потолок в виде рамы со столиком, с кучей осветительных приспособлений, штативом для макро- и микросъемки.
В общем, прибор приборов по тем временам. Позволял фотографировать, в том числе в ультрафиолете и инфракрасном излучении невидимые следы, вытравленные записи в поддельных документах, поддельные оттиски печатей и штампов и прочие преступные хитрости.
Удивительно, но мне начинало это нравиться. Я с головой вникал в экспертную кухню. Кое-что пригодилось из прошлого опыта.
Отдельным фронтом работы было копирование фотографий без вести пропавших для ориентировок. Большинство из потеряшек имело репутацию неисправимых побегушников. Периодически сваливали из дома, уезжали на попутках и товарняках подальше от города. Там их благополучно отлавливали и возвращали домой. Через несколько месяцев все повторялось.
Но были и те, кто действительно пропал с концами. По таким фактам заводили уголовные дела. Возбуждали сразу убийство. Темное убийство повесить на управление — чувствительный удар по статистике и раскрываемости. Поэтому, в угро даже специально выделили двоих человек из числа оперов, которые занимались только конкретно потеряшками, а в кражонки и другие угоны не лезли и даже не вникали.
Прочухав, что у экспертов завелся «студент», способный быстро и четко клепать фотокопии, они побежали ко мне со всех ног и приволокли кучу фотографий по старым розыскным делам с портретами пропавших.
Но через недельку я лавочку маленько прикрыл. Опера начали наглеть и совались ко мне по поводу и без повода, воспринимая студента, как своего штатного фотографа. Пришлось поставить их на место и показать, кто главный слесарь в лаборатории.
