Автор
В ночной тишине город слышится треск ветки и шорох под ногами — знак того, что кто-то ищет укрытия от холодной ночи. Вдруг видишь мать ребенка, толкающую его к тебе. Она делает это за выгоду в бизнесе. Какова же история? Папа оправдывает свое предпринимательство, а дочь — любовницей своего сына. Все кажется чудесным сказком, но на самом деле — черной магией и неразделенной тоской....
— А меня нет! К тому же ты грохнешься в обморок на подходе и умрешь от разрыва сердца. Два трупа! Как они смогут ему там помочь?!
Да, это так…
— Ну, а вдруг он без сознания? Вдруг нужна помощь!
— Нет, Николь, нет! Все! Ты сошла с ума! Мы едем к юристам, а они уже отправляют сюда своих людей. Его там может и не быть, в конце концов!
— А если будет уже поздно?! Это не один час, и даже не два! Мне надо посмотреть машина там или нет. Если машины нет, значит Саша уехал. И, обещаю, мы уедем тоже!
Поднимаю взгляд на высокий забор.
— Давай, я залезу на капот и загляну…
— Сумасшедшая русская! — причитает Федерико. Но увидев, что я сбрасываю каблуки, подаёт мне руку.
Стоя на капоте, держусь за край забора и немного подтягиваюсь. Острая жесть режет пальцы.
— Машина во дворе… — шепчу я с ужасом. — Свет не горит…
Вижу край вывороченной и перевернутой клетки. И наклонный навес, прилегающий к забору с этой стороны.
— Перегони машину!
— Зачем?
— Я не все отсюда вижу, стройка закрывает обзор и темно.
Стою босиком на мокрой холодной земле, показывая Федерико, как парковаться. Выслушиваю от него уговоры и интеллигентную ругань.
Плевать…
Сердце моё колотится не меньше, чем при панической атаке.
Перед глазами стоит Сашино разбитое окровавленное лицо и как его тащили… И от страха, что Саша там… и может быть…
Не может! Господи боже мой!
Быстренько забираюсь на капот. Потом встаю на четвереньки на крышу машины, выпрямляюсь в полный рост!
Темно…
— Ника, ты что делаешь?!
Что я делаю?.
Ничего не соображая от паники, я неловко и разрывая край платья, перелажу на навес. Двигаюсь на четвереньках к его краю, чтобы заглянуть за угол. Мало того, что я пытаюсь удержаться на мокрой и скользкой наклонной поверхности, так он еще и ходит ходуном подо мной, явно не рассчитанный на такой вес сверху. Тара носится возле, тревожно поскуливая.
— Тара! Где Саша?! — она, внимательно слушая меня, склоняет голову на бок и стрижет ушами.
"Срывается с места, оббегая стройку и возвращается ко мне.
От самого края навеса до земли метра полтора. Поскальзываюсь… пара ногтей ломается. Хватаюсь сбоку за край, кое-как удерживаюсь на месте. Наклоняясь, перевожу взгляд дальше. Замерев вглядываюсь в сумрак.
— Ник!! Ты в порядке?
— Да!
Мой взгляд изучает всё, до чего может дотянуться. И метрах в десяти, у Сашиной машины, на углу стройки, я вижу что-то незнакомое.
