Автор
В зале кабинета, полном свежести света и просторности, часы отбарабанили последний сигнал дня. Я застыл, вздыхая с каждым ударом, гнев накипал в мне. "Настолько?" — спокойно переспросил врач, словно размышляя о необычном случае. Тишина в кабинете нарушала лишь моё дыхание и гул старых часов....
— Сейчас меня бесишь ты. Мы же взрослые люди…
— Так, может, мне уйти? Ты только скажи. Я запросто, — грозно шагнула в сторону выхода.
— Все поздно, — схватил за руку так крепко, что я даже охнула, — Никуда не уйдешь.
Попыталась высвободиться — бесполезно. С ним бороться все равно что со стеной каменной бодаться."
"— Ух ты, как решительно. Большой начальник проснулся? Надоело добродушного дядьку с топором изображать? — меня заносило, но я не могла остановиться.
— Да. Теперь будет добродушный дядька без топора, — внезапно улыбнулся недодровосек и бесцеремонно руку мне живот положил.
— Ха! — презрительно усмехнулась, скидывая с себя его лапищи. — В прошлый раз легко отпустил. Просто играючи.
— Прости, Юль. Каюсь. Дураком был, — просто сознался он, — Опешил оттого, как все быстро происходило. Не смог вовремя осознать, какое место ты занимаешь в моей жизни.
— А теперь вдруг осознал?
— Осознал.
— Ну и какое? Бесплатного развлечения во время каникул в лесу? Доступной девицы, которой можно мозги полоскать?
— Нет. Скромнее. Просто любимой женщины.
— Все бы такие любимые были, — ядовито ответила я и, смерив его сердитым взглядом, ушла к себе, громко захлопнув за собой дверь.
* * *Каков нахал! Просто нахалище!
— Я тебя не отпущу, — передразнила сердитым шепотом, обращаясь к нему через стену, — то же мне! Властный мачо. Не отпустит он меня.
Опешил он. Растерялся!
Да мне плевать!
Я!.. Да я!.. Да он!.. И вообще!... Вот!
Внезапно приступ беременной ярости погас, словно его и не было, и тут же вернулась способность трезво мыслить. Я обессиленно опустилась на край дивана, подперла щеку рукой и грустно уставилась на стену.
М-дя.
Дурочка я все-таки. Говняюсь тут, выпендриваюсь, а ведь это он. Мой Пашка. Пусть без зарослей на физиономии, но он. Хороший, надежный. Тот самый, от кого сердце замирало и кровь в венах закипала.
Эти перепады настроения меня точно с ума сведут.
Я на цыпочках подошла к двери. Прислушалась, а потом тихо выскользнула из комнаты.
Павел сидел на крыльце и, сцепив ладони в замок, смотрел наверх, на седые облака, лениво ползущие по розовому небу. Широкая спина, обтянутая белой футболкой, крепкие руки, непослушный вихор на затылке. Под ложечкой засосало от нежности, от жгучего желания быть с ним.
Конечно, я его простила.
