Автор
В зале кабинета, полном свежести света и просторности, часы отбарабанили последний сигнал дня. Я застыл, вздыхая с каждым ударом, гнев накипал в мне. "Настолько?" — спокойно переспросил врач, словно размышляя о необычном случае. Тишина в кабинете нарушала лишь моё дыхание и гул старых часов....
Не до конца понимал, что творю, сомневался, что принял верное решение, но отпускал.
Так надо.
Вот только бы знать кому именно.
* * *Пока мы с Гришей прощались и обменивались рукопожатиями, Юля сидела в машине, гипнотизируя пустым взглядом лобовое стекло.
Она так больше не вышла, только помахала мне кончиками пальцев, когда Патриот тронулся с места и потащил ее следом за собой.
Глупый Бродский воспринял это как игру и побежал следом, задорно вскидывая лапы и громко лая.
Ну хоть кому-то весело.
Машины быстро набирали скорость, и пес отстал.
— Домой пошли, Бро, — окликнул его и направился в сторону леса.
Волкодав сначала замер, а потом со всех ног припустил за мной. Редкостный трус несмотря на то, что размером с теленка и со страшной зубастой пастью. Не мне его винить. Я тоже здоровенный и зубастый, но сейчас меня давили сомнения и пробирался под кожу иррациональный страх, от которого никак не получалось отмахнуться.
Пес выглядел взволнованным и всю дорогу до домика останавливался, оглядывался назад и тревожно прислушивался. Словно ждал кого-то.
— Она уехала, — сообщил ему коротко, чувствуя, как слова отдают горечью на языке, — уехала и больше не вернется. Так что забудь.
И мне надо забыть.
Это было отличное приключение. Но оно, как и все хорошее в этой жизни, закончилось.
Чтобы не изводить себя мыслями о Юле, я с необычайным рвением принялся за дела.
— Что, Пипа, скучаешь? Подруга твоя закадычная уехала.
Коза посмотрела на меня, как на дурака, и широко зевнула. Понятно, от этой скотины никакого сочувствия и поддержки не дождешься. Коза, и этим все сказано.
Что это за вонь? Я задрал футболку к самому носу и принюхался.
От меня так ядрено разило потом и навозом, что, защипало глаза. Настоящий дикарь. Дровосек, мать его. СамЭц! Настолько суров, что сам себе в зеркало не улыбаюсь.
