Грех называть божественный напиток бурдой. Бурду в отеле подают. Тут, неподалеку.
– Как я сразу не разглядела, – сказала Ингрид, рассматривая чашку. – Козицкий – образец мужественности, скульптурный красавчик, мечта женщин, магнит желаний. Таким кажется на экране. А в жизни…
– Как тебе объяснить, чтобы не материться…
– Ну, допустим… Подхожу я как-то к любимой кофейне. А там на подоконнике два мальчика целуются. Обычные такие парни, студенты. Современные. Модно одетые. Только целуются. Я подумала: «Хорошо, отлично, круто, и у нас Европа». Но пошла в другое кафе. Вот такая история…
Оказывается, желтой прессе известно не все о звезде театра и кино Козицком. Нет у них таких надежных источников, как Ингрид.
– Козицкий… – начала Варвара и не закончила.
– Не стесняйся, подруга. Гей – литературное слово. Я оказалась слепа. И ведь повел меня в нормальный клуб. А там, вместо того чтобы меня клеить, стал тусить с каким-то парнем. Такой вполне ничего, никогда не скажешь, что… Ну в общем, ты понимаешь. Мне Козицкий предложил быть друзьями. Я ему, видите ли, дерзкого мальчика напоминаю. В знак вечной дружбы наградил вот этим. – Она подняла запястье, на котором висел пластиковый браслетик.
– Зачем он это на тебя нацепил?
– Наверное, знак подруги гея.
– Откуда у него строительная стяжка?
– Извини, забыла спросить. Дай ножницы, сорву эту дрянь…
Варвара принесла кусачки, которые остались в сумочке, и избавила подругу от сомнительного украшения. Ингрид стала тереть руку, будто с нее сняли наручник, а Варвара незаметно отложила стяжку в сторонку.
– Да плевать я хотела, – ответила Ингрид и брезгливо отодвинула чашку с отличным чаем. – Совпало кое-что. Не хочу об этом говорить…
– Козицкий радовался смерти Торчак? – вырвалось у Варвары. За что получила от подруги строгий взгляд.
– Ты откуда знаешь? Что тебе об этом известно? А я понять не могла: ты не удивилась, когда Мукомолову сообщили о смерти Торчак. Ты что, с ними заодно?
Умела Ингрид вцепиться железной хваткой. Варваре ничего не оставалось, как рассказать и о спиритическом сеансе, на котором она чуть не погибла, и о том, как вчера утром нашла мертвую актрису. Мелкие подробности про Митю и падение на кафельный пол она опустила.
Ингрид пребывала в задумчивости.
– Подозреваешь Козицкого? – спросила она.
– Никого я не подозреваю, – резко ответила Варвара. – Делом занимается Следственный комитет. На всякий случай уточняю, кто и почему хотел меня убить.
– Не понимаю, при чем тут ты и Торчак…
– Я тоже.