Автор
Егор шагает по темному коридору, не видя ничего вокруг. Приступает к проверке притихшего тела, прижимаясь спиной к стене и действуя по интуиции. Взгляд устремлен на попку, которая оказывается немного худощавой, но все же слегка твердой. Это не совсем то, что он ожидал, но его интерес к этому объекту растет с каждым новым особым сенсацией....
— На! Подавись! — Как и учил Егор, я сама вынимаю жучок из-под стельки и бросаю в Марата. — Он найдет нас и без этих игрушек!
Я самая худшая актриса на свете. Не умею лгать даже во благо. А сейчас сама от себя в шоке. Играю так, будто собралась получить Оскар.
— Хорошая девочка.
Марат отступает. Раздавив пяткой ботинка оба устройства, он толкает меня на переднее сиденье малолитражки и сам застегивает ремень безопасности.
Дальше я не успеваю сказать ни слова. Муж громко захлопывает свою дверь, и машина с пробуксовкой срывается с места.
Когда подъезжаем к воротам паркинга, я вижу еще одного лежащего на бетоне мужчину. Тоже, скорее всего, мертвого. А потом яркий свет улицы ослепляет глаза, и все вокруг сливается в пеструю кляксу.
Глава 48
За три последних месяца я полюбила Питер. Здесь мне впервые было хорошо и спокойно. Здесь на меня свалился безбашенный майор, и я вспомнила, что значит быть женщиной.
Сейчас, наблюдая за тем, как Марат ведет машину по улицам Питера, я как последняя дура прошу город помочь мне.
Включить красный свет на светофорах. Заполнить перекрестки пробками. Задержать нас… хоть ненадолго. На несколько минут, чтобы Егор успел отследить неприметную малолитражку и перекрыть нам путь.
Умом понимаю, что шанс на это минимальный. Не с моим везением надеяться на такие чудеса. Но всей душой продолжаю верить в счастливый финал этой гонки.
— И что ты так трясешься, словно я тебе не родной? — Замечает мое волнение Марат.
— Считаешь, у меня нет поводов для волнения?
Поправляю сползшую на затылок шапку.
— Любая хорошая жена радовалась бы на твоем месте. Наконец, ты завязала с блядством и вернулась в семью.
Марат так скалится, словно сам готов рассмеяться от этих слов.
— Я знаю о тех девушках. — Не могу больше участвовать в этом дурацком спектакле. — Скольких всего ты убил?
— Твой мент слишком болтливый.
— Отвечай!
— Надо было все же высадить где-нибудь его дочку.
— А Егор ошибся? Скажешь, что ты не убивал?
Наверное, я последняя трусиха, но прямо сейчас мне действительно хочется, чтобы это было ложью. Вопреки прежней уверенности. Вопреки всему тому, что я видела на парковке.
Марат не ангел. Он худший мужчина из тех, кто встречался мне в жизни. Однако жестокие убийства женщин, целая серия жутких смертей…
— Эти дуры сами виноваты! — рявкает муж.
