Автор
Вероника, добрая улыбка на лице — вот как я встречаю шатенку с белыми розами. Ответ задерживает мою работу, и мы быстро затеваем обмен вежливыми фразами о цветах. Однако атмосфера здесь непростая, будто под куполом тайны скрываются секреты и недовольства.
– Конечно нет, проходи, мышка.
Машинально целует меня в лоб. Притягивает к себе.
Я обвиваю его за талию. Прикрываю глаза, втягивая носом мужской аромат. В его объятиях спокойно и уютно. Как раньше. Но что-то всё равно царапает меня изнутри. Скребёт острыми когтями по душе.
Не даёт покоя.
– Поехали?
Поднимаю на него спокойный взгляд. Заглядываю в глаза.
– Нехорошо оставлять твоего юриста на съедение Ямамото.
– Ты права. Только позавтракаем. Я закажу еду в номер.
Он отстраняется. Берёт свой телефон со столика.
Мне отчаянно хочется взглянуть на экран. Понять, что так тревожит Никиту. Но я сдерживаюсь. Понимаю, что я для него – лишь бывшая жена.
Доверять и рассказывать обо всём он не собирается.
Я и раньше никогда не совала нос в его телефон. Электронная почта, личный ноутбук, айфон – всё было под запретом. Наверное, я слишком доверяла ему. Верила, что он искренне меня любит. Что дорожит. Не променяет ни на кого, даже если я не смогу родить ему ребёнка.
– Тогда я в душ схожу.
Сердце бьётся как ненормальное. В глазах закипает обида. Никита снова становится стальным. Отдалённым. Чужим. Каким-то нервным.
Остаётся на балконе, погружаясь в свои невесёлые мысли.
Прикрываю дверь ванной, оставаясь наедине с собой. Вглядываюсь в отражение в зеркале. Машинально раскручиваю бинт, чтобы не намок.
Вчера мне так и не удалось взглянуть на порезы из-за напора не бывшего мужа. Но теперь они кажутся мне отвратительными.
Я быстро задёргиваю штору душа. Откручиваю барашки на кране, позволяя горячим каплям упасть на кожу. Поднимаю лицо вверх, прикрывая глаза. Трясусь в беззвучном плаче.
Если сейчас слёзы смешаются с водой – ничего страшного. Никто не узнает. Особенно Никита.
– Можно к тебе?
Не бывший муж появляется в ванной. Отодвигает мокрую штору в сторону, вырастая рядом. Горячие капли рисуют ломаные серебристые линии на его бронзовой коже.
Я сглатываю слюну. Заставляю себя посмотреть на него прямо.
Он осторожно берёт мою руку в свою ладонь.
– Дай посмотрю, мышка… Больно?
Проходится обжигающими поцелуями по коже, разнося удовольствие по организму. Замирает, вопросительно глядя на меня.
– Ника? А где та красная нить?
Секунда кажется вечностью. Язык прилипает к нёбу, становясь абсолютно бесполезным. Гипнотизирую дрожащим взглядом Антонова.
