Автор
Маша сидит за рулем своего спорткара, дыша воздухом перед началом нового дня. Мотор автомобиля рычит в ответ, создавая незамысловатую атмосферу напряженности и удовольствия. Вокруг — спортивные машины и увлеченные водители. Окна офиса выходят прямо на парковку, где проходят занятия по языкам. Маша тщательно следит за своим бизнесом - школой иностранных языков, охраняя её как будто это не просто учебное заведение, а его драгоценный король....
Кирилл смотрит на мой рот, и острое сексуальное желание, которое читаю в этом взгляде, ударяет по моему либидо еще одним разрядом!
Я хочу этого, возможно, даже больше. Хочу его… Сильнее, чем дышать. Но прежде чем, раскинув руки, лететь с этого обрыва, расставляю чертовы точки над “и”.
— Зачем ты приехал? — спрашиваю напряженно.
Его взгляд становится тяжелым.
Он отводит его в сторону. Раздумывает, и это выглядит так, будто он подбирает слова. Подбирает их, даже когда снова смотрит в мои глаза, не торопясь облекать мысли в словесную форму, а когда все же делает это, голос звучит хрипло.
— Некоторое время у меня был кризис, — сообщает. — Я не знал, что меня ждет. Помимо того, что ничего хорошего, конечно. Я не знал, насколько все плохо. И в какой-то момент не знал, нужен ли себе таким…
Мое сердце дергается, пугаясь этого признания.
— Но ты сказала, что я нужен тебе, — продолжает. — Нужен вам…
Очередной рывок в груди не мешает сделать уточнение:
— Я сказала, что ты нужен нам любым…
Усмехнувшись, Кирилл разводит руки, указывая на свои колени:
— Это не худший вариант из возможных, согласись.
Он произносит это так, словно бросает вызов.
Миру вокруг, воздуху… всему и всем…
Давлюсь застрявшим в горле комом, качая головой:
— Нет… не окей… Ты так ничего и не понял?
Усмешка слетает с его лица.
Оно становится жестким. Таким, словно черты выточили из камня.
— Я понял достаточно. В том числе, себя.
— И что же ты понял?
Откинувшись на спинку стула, он смотрит на меня секунду, после чего говорит:
— Мне нужно было договориться с собой.
— Но ты ведь не принял…
— Что? — он выгибает брови, изображая интерес.
— Себя… ты злишься, ты… будто весь в шипах… ты себя не принял.
— Я работаю над собой каждый день.
Помолчав, замечаю:
— Ты работаешь над собой плохо, раз так ничего и не понял.
— Чего ты хочешь? — говорит ожесточенно. — Я переверну для тебя весь гребаный мир.
Эмоции, которые копились во мне все эти месяцы, прорываются наружу.
Я хлопаю по столу ладонями, подавшись вперед и требуя:
— Тогда скажи мне то, что я хочу услышать."
"Он сжимает и разжимает лежащий на столе кулак. Сжимает и бросает в меня слова:
— Я сижу здесь только потому, что даже подыхая, слышал твой голос.
