В мирном зимнем лесу, где каждый снежный хруст становится тревожным звуком за ухом, героиня оказывается в безвыходной ситуации под охотой теней и темных сил. Мерцающие глаза погони следуют ее шагам, преследуя до самой последней глины ледяного поля.
— Не верю, что замужество и дети предел твоих мечтаний.
Сначала я разозлилась, и хотела возразить из чистого упрямства. Но заставила себя выдохнуть, смирить злость. Ведь злилась я не на Ника, я просто была напугана и дезориентирована.
— Я хочу увидеть океан.
Глаза Ника расширились от удивления. Мне вдруг стало стыдно за свои глупые мечты. А Николас провел ладонью по моей щеке и улыбнулся, тепло, нежно.
— Только океан?
— Я бы хотела продолжить обучение, — тяжело вздохнула, ощутив прилив усталости.
Глаза Ника погрустнели, он мягко провел ладонью по моим волосам, словно пытаясь успокоить.
— Ты увидишь океан, горы, пустыни, что захочешь. И придется окончить академию, чтобы получить гражданство. У нас женщины имеют те же свободы, что и мужчины, а период опекунства ты прошла. Ты получишь полную свободу, Изабель, — он глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями.
— И ты отпустишь? — горло сдавил спазм, и фраза перешла в жалкий шепот.
— Только если ты будешь настаивать, — он вновь улыбнулся, только горько, почти отчаянно. — Я буду бороться за нас.
Нахмурившись приоткрыла рот, намереваясь спросить, что он имеет в виду.
Опустив взгляд, я положила голову на его плечо.
— Все будет хорошо, любимая, — Ник крепко обнял меня, коснувшись губами макушки. — Только давай ты больше не будешь вспоминать о бывшем? Это меня злит.
— Как же легко тебя разозлить, — усмехнулась. Я ведь решила, что он злостью отреагировал на мои слова, а оказалось, ему не понравилось упоминание Жерара.
— Теперь ты знаешь самый действенный способ. Но лучше его не использовать.
— Почему?
Громко охнула, когда Николас резко перевернулся, подмяв меня под себя. Его губы завладели мои на долгие минуты блаженства. В теле вновь пробуждалось желание, а в голове царил полнейший сумбур.
