Автор
Ярослава привыкла к темноте, но сейчас без света ей становится не по себе. В комнате, куда ее переместили недавно, нет ни ночника, ни окна. Она чувствует себя словно в глубоком подвале — беспроигрышный убежище в мире кошмаров и тьмы.
- Это хорошо, да?
- Мам, ты не пробовала поговорить с папой? Может, он сам созвонится с Литовским?
- Ой, нет!... - восклицает испугано, и я тут же жалею о своем вопросе, - Он сейчас на взводе! Там такой передел идёт! Его поджимают, в бизнес вмешиваются!... Мне на него даже смотреть страшно!
- Ясно.
- Ясенька, дочка... Я тебя очень прошу!... Просто будь осторожной. Старайся не провоцировать его, веди себя смирно!
- Хорошо, - отзываюсь негромко.
- Нужно подождать, - на одной ноте, как молитву, произносит мама, - я уверена, со временем всё устаканится, и ты вернешься домой.
- Да, конечно, мам... - соглашаюсь тут же, копируя её тон.
Попрощавшись, отключаюсь и прижимаю прохладную ладонь ко лбу. Дышу, закрыв глаза. Никаких слёз. Нельзя реветь и опускать руки.
Несмотря на чрезмерную наивность мамы, в этот раз она, пожалуй, права. Нужно набраться терпения и подождать. Несмотря на слухи, что ходят о Лютых, ничего страшного со мной здесь не случится. Я не девка из подворотни. Он за меня головой перед отцом и теми, кто выше, отвечает.
К тому же, я тут не ко двору, и Литовскому как кость в горле. Это значит, он сам избавится от меня при первой же возможности. А пока...
Ещё раз обвожу глазами обстановку вокруг себя.
Пока нужно постараться не свихнуться от отчаяния.
Закрываю лицо руками и беззвучно смеюсь.
Боже мой!... Какой бред!
Если кто-то рассчитывал прогнуть моего отца с помощью этого брака, то он круто просчитался! По значимости я для него где-то между любимым виски и старым ротвейлером Бернаром.
Старый хитрый лис мой папаша просто усыпил бдительность нужных людей, но продолжит действовать исподтишка. Слишком хорошо я его знаю.
Поднимаюсь на ноги и, потянувшись в разные стороны, чтобы размять тело, расчесываю волосы, собираю их в хвост на затылке и открываю дверь.
Замерев у образовавшейся щели, прислушиваюсь. В доме тихо, лишь откуда-то снизу доносится еле различимый звук работающего телевизора, да за окном лает собака.
Выскользнув наружу, снова застываю на секунду, а затем медленно крадусь по коридору.
Остановившись у окна, какое-то время пытаюсь разглядеть хоть что-нибудь в густых сумерках, а потом, стараясь не смотреть под ноги, спускаюсь на первый этаж."
"Мне, как дизайнеру по образованию и призванию, в интерьере этого дома нравится всё, кроме этой лестницы со стеклянными ступенями, как в ночном клубе. Ужасная пошлятина и неудобство.
В холле и гостиной пусто.
