Автор
Ярослава привыкла к темноте, но сейчас без света ей становится не по себе. В комнате, куда ее переместили недавно, нет ни ночника, ни окна. Она чувствует себя словно в глубоком подвале — беспроигрышный убежище в мире кошмаров и тьмы.
Демонстративно скривившись, я отворачиваюсь к нему спиной и слышу тихий смех.
Я не поняла, ясно! Не поняла, понравилось мне или нет!... Всё было слишком неожиданно и остро. Я заблудилась в ощущениях - они были слишком противоречивыми.
Может быть, со второго раза разберусь?...
Когда примерно через пятнадцать минут я поворачиваюсь на другой бок, Литовский уже спит. Закинув руку за голову, ровно, глубоко дышит.
Я как по волшебству тоже начинаю отключаться. Держась за сознание из последних сил, рассматриваю его во мраке и, зависнув на густых, загнутых вверх ресницах, вырубаюсь.
Глаза распахиваю, когда чувствую прикосновение к бедру и понимаю, что это не сон. Пробуждение выходит стремительным. Вздрогнув, разворачиваюсь и лягаю Адама коленом, которое он ловко перехватывает.
- Поиграть хочешь?
- Иди к чёрту!
Опрокинув меня на спину, фиксирует оба запястья и задирает майку до груди. Прохладный воздух комнаты и горящий взгляд Лютого обсыпают кожу снегом.
- Ты больной? Мы же делали... это пару часов назад.
Его конкретно ведет, и на мгновение мне кажется, что он успел напиться, пока я спала. Но запаха алкоголя нет, и табака тоже.
- Угомонись. Все равно возьму, - бормочет, раздвигая мои бёдра.
Я сопротивляюсь скорее из вредности, заводя этим и его и себя. Кручусь, задевая лобком скрытую трусами гигантскую эрекцию. До сих пор не верю, что смогла принять в себя весь его размер. Внутри горит от желания проделать это ещё раз.
- Лучше сразу убей меня.... - шиплю, наблюдая за тем, как он склоняется и забирает в рот мою грудь почти целиком.
Сминая, всасывает и на выходе оттягивает сосок губами. Скользнувшая вниз живота молния прошивает промежность насквозь. Мой воинственный настрой лопается как мыльный пузырь.
Заметив это, Адам проделывает то же самое со второй грудью. Эффект иксуется, и стон вылетает из моего горла без разрешения.
Какая идиотка я была, когда сказала про чувствительную грудь. Такое оружие в руки и язык врага вложила!
- Ты сдохнешь подо мной однажды, обещаю.
Боже, да.... я согласна, только пусть не останавливается!
Пошло целуясь с моей грудью, Литовский отпускает запястья, и я тут же зарываюсь пальцами в густой темной шевелюре.
Кайф!... Мамочки, как мне нравится!
Внизу пожар. Там пылает и сладко ноет. Пульсирует до невозможности терпеть!
Наконец, он смотрит в мое лицо и всю меня читает. Кровожадно ухмыльнувшись, дразнит легким касанием губ. Раз, ещё один....
