Автор
В глубокой печали сидит человек, брошенный судьбой на похороны своего отца. Его мысли стыдливые и разбитые – как скользкий лестничный трапеция, не позволяя выйти из затруднительного положения. Этот роман расскажет о страхах, сомнениях и внутренних борьбах человека, который надеется на лучшее, но при этом несчастен в своей жизни, когда все вокруг кажется пустым и напрасным....
Ангелина оборачивается, следя за моим взглядом и напрягается, но я подталкиваю ее к Орловым и иду к Ольховскому.
У того красуется нехилый такой синяк, и я прикидываю что будет, если поставлю еще парочку, но к ресторану уже начинают подтягиваться гости, и я отбрасываю эту идею.
— Ольховский.
— Хасанов, — не думаю что можно произнести мою фамилию более брезгливо. — Притащился на прием к своей шлюхе.
Руки так и чешутся, но не хочу портить вечер своей любимой.
— Мне тут показали пару кадров с вечеринки в клубе Малибу, — услышав мои слова, Ольховский весь подбирается, и я вижу как его лицо заливает краска.
Молчит, явно растерявшись, а я хлопаю его по плечу и склонившись ближе повторяю, чтобы до него дошло.
— Вали отсюда нахер и не смей попадаться на глаза ни мне, ни Лине, иначе твои голубые приключения станут достоянием общественности, — отстраняюсь, равнодушно глядя на красное лицо Ольховского, а потом киваю в сторону его машины.
Он уезжает, а я делаю глубокий вдох, понимая, что не отказался бы сейчас от сигареты, но решил же бросить…
— Все в порядке? — аромат сводящих с ума духов окутывает, и я оборачиваюсь к Лине, задумчиво кивая.
Касаюсь ее губ в мимолетном поцелуе и отстраняюсь, указывая взглядом на дверь ресторана.
— Иди, пришло время директору встречать гостей… — нехотя выпускаю малышку из объятий, но она сжимает мою кисть и улыбается.
— Директор вдруг решила, что хочет делать это, стоя рядом со своим будущим мужем, — крепче сжимает мою руку, а ощущение, будто сердце в ней держит. — Муж не против?
Спрашивает, а я стою как последний идиот и молчу, глядя на девушку, которая с самого первого дня нашей встречи течет по моим венам, отравляет кровь своим сладким ядом, сводит с ума своим присутствием.
— Люблю тебя, — притягиваю малышку ближе и жадно впиваюсь в сладкие губы, наплевав на начавших собираться гостей.
— А я тебя люблю Хасанов, — отвечает на поцелуй, а потом с улыбкой отстраняется и подкалывает меня моими же словами. — Но хватит болтать любимый, пора заняться делом…
БОНУС
Палата ярко освещена, медицинские работники снуют по ней как муравьи, но я сам устроил так, чтобы все было под контролем, ведь моя жена только что родила мне дочь.
