Автор
В глубокой печали сидит человек, брошенный судьбой на похороны своего отца. Его мысли стыдливые и разбитые – как скользкий лестничный трапеция, не позволяя выйти из затруднительного положения. Этот роман расскажет о страхах, сомнениях и внутренних борьбах человека, который надеется на лучшее, но при этом несчастен в своей жизни, когда все вокруг кажется пустым и напрасным....
— Собственно говоря, не совсем, — в последний раз окидывает меня своим травящим взглядом и достает из кейса бумаги, а потом медленно и методично опускает стопку поверх тетрадей и садится обратно в кресло. — Прочти, я не спешу.
— Что это? — даже не пытаюсь скрыть, как он меня достал. Опускаю взгляд на бумаги и снова на мерзкую рожу бывшего мужа, который как назло выглядит неотразимым засранцем, который минуту назад выиграл в лотерею.
— Контракт. Стандартная процедура при заключении договора между сторонами.
Опускаюсь на стул очень вовремя, ноги меня уже не держат. Прежде чем приступить к чтению, выпиваю до дна стакан воды и дрожащей рукой касаюсь бумаг.
Юридическая тарабарщина гласит, что я должна в течение месяца приезжать в особняк Хасановых, либо в другое место оговоренное нанимателем, чтобы провести двухчасовые занятия. Машина будет забирать меня ежедневно в восемь часов и отвозить домой после. За пару часов занятий сумма в четыре раза больше той, чтобы обычно берут репетиторы и меня этот момент напрягает, и когда я заостряю на нем внимание Арман лишь закатывает глаза.
— Это все, что тебя смутило?
Веду плечом, согласно кивая.
— Подписывай, — он явно делает успехи в бизнесе, слишком безапелляционен его тон.
Ставлю подпись со странным оцепенением отмечая что в моей руке та самая золотая ручка, что он мне подарил. Отбрасываю ее будто раскаленную и поднимаю взгляд полный ненависти.
— Доволен? Теперь ты оставишь меня в покое?
Арман встает, и я машинально дублирую его движение.
"— Отлично, киса. Сегодня в восемь за тобой заедет Жора. Надеюсь, твой жених не будет против, если я слегка попользую его девушку?
От этой фразы меня подбрасывает, и я действую на автомате. Ударяю. Ладонь прошивает болью, а его щека краснеет в тон моей помаде.
Хищный взгляд гипнотизирует, и я упускаю момент, когда Арман выстреливает рукой и цепляет мое запястье, резко дергая меня на себя.
— Если ты еще раз ударишь меня, я начну делать то же самое с тобой, только шлепать буду не лицо, а другую часть тела, предварительно ее оголив, уяснила?
— Если ты еще раз назовешь меня шлюхой, я пущу слух что у тебя маленький член.
Начинает хохотать. Нагло. Откинув голову назад. Во весь голос.
