Автор
В глубокой печали сидит человек, брошенный судьбой на похороны своего отца. Его мысли стыдливые и разбитые – как скользкий лестничный трапеция, не позволяя выйти из затруднительного положения. Этот роман расскажет о страхах, сомнениях и внутренних борьбах человека, который надеется на лучшее, но при этом несчастен в своей жизни, когда все вокруг кажется пустым и напрасным....
— Что плохого в том, чтобы сделать приятно друг другу?
— Я предупреждала тебя, но видимо слухи тебя не страшат…
— Хочешь растрепать всем про маленький член? Валяй. Только, во-первых, ты привлечешь этим внимание к себе — раз, во-вторых у большинства девушек в наших кругах уже имеются представление о моем члене и они тебе просто не поверят.
— Прекрасно, тогда тебе нечего бояться! — отталкиваю его руку и прохожу в комнату, торопливо пересекая бежевый ковер.
— Стой, киса, — он снова преграждает мне путь, и я замираю в полуметре от спасительной двери. — Что тебя так злит? То, что я — это я? Или то, что ты все еще меня хочешь?
— Прекрати называть это так, — морщусь, пытаясь не вдыхать этот до боли знакомый аромат его одеколона. — И ты еще спрашиваешь, почему я злюсь? Да ты с первой минуты вел себя со мной как со шлюхой, и теперь удивляешься?
— Погоди…
— Нет уж, ты погоди! — тыкаю в грудь обтянутую белой рубашкой и тут же отвожу руку, потому что боюсь слишком многого себе позволить.
К моему удивлению, Хасанов отступает, и я беспрепятственно выхожу в коридор и шагаю к лестнице.
— Два часа еще не прошли… — напоминает мне вслед, и меня едва не подбрасывает от злости.
— Плевать мне! — делаю шаг, еще один, а потом сама же, как последняя идиотка, останавливаюсь и оборачиваюсь. Эта наглая двухметровая скотина все еще стоит у двери, скрестив руки на груди. — Что мне надо сделать, чтобы ты отстал от меня с этим дурацким контрактом?
19
— А как ты думаешь? — улыбается, расцепляя руки, и делает шаг ко мне.
