Автор
Варя узнает горькую правду о беременности — она носит чужого ребенка от Тимофея Исаева. Как скрыть эту тайну из сердца и головы бывшего супруга? Сестра предупреждает, что он не простит этой интрижки, тем более что у него есть еще одна дочь от первого брака. Варя в лифте готовится к худшим последствиям и мучает решением — скрыть тайну или рассказать правду Тимофею....
Буду за ней в универе присматривать
— Чудесно, сын, это не так страшно, правда? — скупо улыбается, выглядя вроде как довольным. — И еще, — разворачивает меня, когда я уже хватаюсь за ручку двери. — Перед Эляной придется извиниться за порчу имущества. Это детская выходка, Тимофей, — морщится, — но за нее придется расплачиваться. Новый гардероб куплю с твоих карманных денег. А теперь в больницу! Не обсуждается!
Варя
События после спектакля превращаются в какой-то непрекращающийся кошмар.
А я пытаюсь понять, как до этого всего дошло. Они же просто пошли подарить букеты по просьбе бабушки Тима. Обычная просьба. Ничего сложного. Как могло дойти до угрозы того, что их посадят? Как?!
К счастью, влияния Павла Петровича хватило, чтобы вызволить сына на свободу.
А теперь мы сидим в гостиной и ждем, когда они переговорят.
Комкаю подол платья, превратив дорогую ткань в подобие мокрой тряпочки. Волнуюсь за Тимофея, не знаю, что его ждет. Очень нервируют его родственники, ходячие туда-сюда, без остановки. Я только успокоюсь, как они начинают снова причитать, то жалея «бедного Тимошу», то ругая «мелкого паршивца».
Хочу дернуться и уйти, но сестра не пускает, крепко держа меня за руку.
— Надеюсь, Паша задаст ему! — говорит мне тихонько, бросая отчего-то злобный взгляд на дверь кабинета. Смотрю на нее в ожидании продолжения фразы и не обманываюсь в ожиданиях. — Ты не представляешь, что он сделал!
Испуганно хлопаю глазами. Неужели он вспомнил и рассказал про нас!
— Испортил мои вещи! — пучит сестра глаза, плотно сжимая губы в тонкую полоску. — Лямки подрезал, ручки у сумок, ремешки у туфель! Я как это всё увидела… — Сестра зажмуривается и, несколько раз вдохнув и выдохнув, приводит себя в чувство.
— Когда он успел? — не понимаю я, хмурясь и пытаясь представить Тимофея с ножницами или ножом, совершающего такое мелкое вредительство. А вдруг он у меня в комнате подобное сделал? Неосознанно хватаюсь за свои лямки платья. Вроде целые.
— Пока мы на отдыхе были.
