Темное пятно застывает перед окном, а из лифта выходит рука Сергея Борисовича. Меня охватывают неприятные мысли: я-то думала, что он рано в офис не придет, ведь сегодня назначена большая встреча. Заметив меня, Сергей улыбается и манит к себе: "Здесь есть место для тебя, Наташа." Ужас становится ощущением непереносимой ответственности, но я не могу отказаться от его приглашения. Утро в офисе кажется таинственным, а Сергей – загадочным другом....
Хочется грустить в башне и ждать, пока принц сам придёт нас спасать.
— Я ничего не жду. Дан мне ничего не обещал.
— Ой, мне-то хоть не ври! — фыркает Вася. — Не ждёт она. Покажи мне ту, которая ничего не ждёт от понравившегося мужчины. Если бы ты ничего не ждала, то и не расстроилась бы, когда его с секретаршей увидела.
— Расскажи ещё что-нибудь про вашу свадьбу, а? — умоляюще прошу я. — Серьёзно. Не хочу говорить о Дане и наших несуществующих отношениях.
Василина наконец выпускает из рук ложку и, многозначительно вздохнув, откидывается на спинку стула.
— А ты ведь трусиха, Тань. И сейчас без шуток меня бесишь. Что ты заладила как попугай: не должен, не обещал, несуществующие отношения? Готова голову в песок засунуть и дальше страдать, лишь бы из зоны комфорта не выходить.
Кровь бросается в лицо, и я машинально опускаю глаза. Если бы не счёт за круассан и кофе, который я ещёне оплатила, — извинилась бы, встала и ушла. Мне и без того плохо, чтобы выносить нравоучения Василины, которая в связи с предстоящим замужеством почему-то возомнила себя гуру психологии.
Видите? Ну вот откуда взялось столько язвительности и злости по отношению к единственной подруге? Совершенно на меня не похоже."
"— Бесишься? — удовлетворённо хмыкает Вася. — Ноздри сейчас в разные стороны разлетятся. Вот и отлично. Тебе полезно иногда из своей ракушки выползти. Да-да, со стороны всегда проще рассуждать, вот поэтому будешь слушать взгляд со стороны.
Она подаётся вперёд и доверительно понижает голос:
— Слушай, Тань. То, что женщина, имеющая регулярную близость с мужчиной, начинает думать о большем — нормально и естественно.
— Ты и Карим — это другое, — не могу не перебить я.
— И чем мы так сильно отличаемся, Тань? Ну Дан твой постарше немного будет. Мы с тобой вообще одного возраста.
Я молча кусаю губу. Конечно, есть отличие. Потому что Василина — это Василина. У неё все про-другому: проще, здоровее и правильнее. А у меня нет.
