Темное пятно застывает перед окном, а из лифта выходит рука Сергея Борисовича. Меня охватывают неприятные мысли: я-то думала, что он рано в офис не придет, ведь сегодня назначена большая встреча. Заметив меня, Сергей улыбается и манит к себе: "Здесь есть место для тебя, Наташа." Ужас становится ощущением непереносимой ответственности, но я не могу отказаться от его приглашения. Утро в офисе кажется таинственным, а Сергей – загадочным другом....
— В прошлый раз мне показалось, что у тебя что-то случилось.
— Было много работы. Ничего не случилось.
Пока мой мозг отчаянно мечется в поисках нужной фразы, повисает пауза. Вообще, я весь разговор распланировала, но слова благополучно вылетели из головы, стоило только Дану проникновенным голосомспросить, как у меня дела.
— Я тебя отвлекаю? — нахожусь наконец.
— Нет, не отвлекаешь. Встреча у меня через двадцать минут. На самом деле я очень рад, что ты позвонила.
Сердце взмывает вверх как бадминтонный воланчик и, мягко спланировав вниз, встаёт на место.
— Я тоже рада тебя слышать, — тихо признаюсь я, от волнения царапая ногтями ладонь. — И хотела кое-что прояснить.
— Говори.
Я жмурюсь. Давай. Просто скажи. Не так уж это и сложно.
— Может быть, не по телефону? У тебя будет время встретиться?
Глаза решаю не открывать, пока не услышу ответ. С разочарованием проще справляться в темноте — так мне кажется.
— Встреча с Андреем займёт у меня около часа, и если это для тебя не поздно, то после я с удовольствием с тобой увижусь, — звучит в трубке. — Ты меня очень заинтриговала.
Беззвучно выдохнув, открываю глаза. Сердце стучит упруго, радостно. Просто от осознания, что сегодня я увижу Дана.
************
Зря Дан беспокоился о том, что меня может смутить позднее время для встречи. К тому моменту как он сообщил мне о своём приезде, я едва успела досушить голову. Ресницы докрашивала уже в прихожей, одновременно застёгивая брюки. За месяц я немного поднаторела в искусстве макияжа, и краситься теперь получается гораздо быстрее и увереннее.
Волнение не покидает меня с тех пор, как мы поговорили и условились о встрече. Но оно не изматывающее, а горячее, бодрящее, и точно лучше той холодной серости, в которой я пребывала, не видя Дана.
— Ну привет. — Его глаза завораживающе мерцают в полумраке вечера. Дан кладёт ладонь мне на талию и касается губами щеки. — Вкусно пахнешь.
Я по обыкновению краснею.
