Темное пятно застывает перед окном, а из лифта выходит рука Сергея Борисовича. Меня охватывают неприятные мысли: я-то думала, что он рано в офис не придет, ведь сегодня назначена большая встреча. Заметив меня, Сергей улыбается и манит к себе: "Здесь есть место для тебя, Наташа." Ужас становится ощущением непереносимой ответственности, но я не могу отказаться от его приглашения. Утро в офисе кажется таинственным, а Сергей – загадочным другом....
Мама держит в шкафу банку зёрен лишь для того, чтобы избавиться от головокружения по утрам — следствия пониженного давления.
А я люблю кофе. После того как съехала из маминой квартиры, первые недели пила его в таких количествах, что заработала проблемы со сном. Пришлось уменьшить дозу в два раза.
Глядя, как мама заносит над чашкой носик чайника, неожиданно для себя выпаливаю:
— Я передумала. Можно кофе?
Боковым зрением улавливаю, как бабушка начинает раздражённо ёрзать на стуле, но говорю себе об этом не беспокоиться.
— Конечно, — отзывается мама и немного резко выплёскивает из чашки налитую заварку. — Тоже с тобой выпью.
Мы садимся за стол друг напротив друга и, не сговариваясь, переглядываемся. Бабушка никак не комментирует наш маленький бунт и продолжает молча пить свой травяной чай.
"Когда наконец собираюсь домой, в прихожей меня провожает только мама. Бабушка демонстративно остаётся смотреть телевизор, хотя проводы в дверях — это наша давняя семейная традиция. [N1] Бабушка не была бы собой, если бы не дала понять, что недовольна моим вчерашним поведением.
— Может, среди недели по магазинам с тобой прогуляемся, мам? — осторожно спрашиваю я, замявшись на пороге.
— Можно, — отвечает мама и почему-то сразу отводит взгляд.
Открытость друг другу — пока не изведанная для нас территория, но если мы обе будем стараться, то,возможно, когда-нибудь станем походить на аборигенов.
************
В такси по дороге домой я думаю о внушениях. О том, как много в наших головах живёт того, что нам совсем не принадлежит.
