В темной комнате разгораются огоньки, создавая мягкий свет. Массаж, как оказывается, превращается в интимную встречу. Я не готова к этому и резко вскакиваю с кровати, пытаясь понять, кто здесь такой незнакомый мужчина без трусов.
Несмотря на то что тело протестовало, низ живота тянуло и покалывало, я нехотя высвободилась из чувственного плена и, стараясь выровнять дыхание, сказала:
— Видно, что ты профессионал своего дела. Я по книге помню, что девицы сами к тебе в постель прыгали, теперь решил на мне испробовать свои приемчики? Не выйдет. Ламинат я впишу в твой счет. И это значит — ты опять в глубоком минусе.
Глаза Георга вспыхнули яростью, он явно не ожидал такой реакции. Маг открыл рот, видимо, чтобы гневно отчитать меня за подколку, но тут его желудок громко заурчал.
— Продукты надо убрать в холодильник, — вспомнила о насущном я и, скрывая смущение, сердито сказала Георгу: — не надо мне тут жалобно желудком урчать.
Маг рассеянно дернул себя за брюнетистую прядь и состроил лицо в стиле «о, женщины, вы странные создания». Я не стала дожидаться, что он скажет, строго-настрого запретила что-либо трогать и умчалась на кухню. Но ноут с собой забрала, от греха подальше.
Глава 4/1
Что едят в их магических академиях я не знала, поэтому пожарила яичницу с беконом и начала строгать овощной салатик. А еще поставила готовиться то, что хотела еще вчера — мидии.
Георг пришел на запах. Он с интересом смотрел, как я готовлю, и периодически спрашивал назначение тех или иных предметов. Особенно его впечатлил холодильник.
— И что можно положить туда мясо, достать через полгода, и оно не испортилось? Без магии? — Недоверчиво спрашивал он. — У нас такие артефакты стоят очень дорого, их еще и подзаряжать надо.
Он цокал и ходил вокруг холодильника. Откроет дверцу, закроет. Откроет, закроет. Мне надоело смотреть на него, и я стала доделывать салат. Когда вновь обернулась к Георгу, он уже дожевывал палку колбасы. Увидев, что я смотрю, маг быстро засунул в рот «попку» и глухо проговорил:
— Действительно, свежее.
Захотелось садануть его ложкой по лбу. Я же думала сделать нарезку, чтобы все красиво было.
— Надеюсь, шкурку снять догадался.
— Ты сомневаешься в моем рассудке, женщина? — высокомерно спросил Георг и шутливо добавил: — корми меня, иначе я тебя покусаю.
Он сел, взял в руки вилку и нож и стал с вожделением смотреть на сковороду. Я поставила на стол тарелки с яичницей, салатник и корзинку с хлебом. От запаха бекона потекли слюнки. Георг наклонился, понюхал и блаженно зажмурился.
— Пахнет великолепно, — сказал он так проникновенно, что я зарделась от удовольствия.
