Время меняет все: от моды до экономики. Диким капитализмом охвачена страна, где барахольный товар перекрывает дефицитные ресурсы. Везут джинсы в Россию из Европы и заокеанских заводов – и это несмотря на открытое пространство для международных сделок. Как человек может сохранить свою идентичность, когда мир вокруг рушится?...
Кузов его потом не по-детски чморил, а тот сопли в ответ жевал… А ты его знаешь?
– Да, он Алекса под свою крышу взял. Вроде ничего пацан, деловой, продуманный. Не похож на фуфло…
– Это все понты.
– Может, и понты, – не стал спорить Кучер.
– Если по чесноку, мои пацаны Нахрапа сделали. Война есть война. Но кто трупы вывез, не знаю – Жаров или этот падальщик Делавар. Но по-любому с Усыгина надо спрашивать.
– А как его найти?
– А ты, Кучер, его искал?
– Да вот, хватились, а он как сквозь землю. В его офисе другая фирма…
– Та же беда, – кивнул Семен.
– Договорились… Когда будут деньги?
– Три дня подождешь?
– Заметано.
– У тебя все?
– Пока все. Если денег не будет, я тебя найду…
Семен глянул на Кучера жестко, исподлобья, но тут же снисходительно улыбнулся.
* * *Ганс изменился за последние несколько месяцев. Джинсы и цветастые рубашки остались в прошлом, а в настоящем носил черный строгий костюм и белую сорочку. Даже волосы укоротил, теперь у него модельная прическа без всяких вычурностей. Важный, холеный – в общем, деловой человек.
Но взгляд его еще не омертвел, как у матерой акулы бизнеса. И улыбка живая, задорная. Хотя за радостью в его глазах угадывается тревога.
– Сэм, брат!
Они приобнялись, как водится в таких случаях, Ганс усадил Семена на мягкий кожаный диван, велел секретарше подать кофе и заказать обед из ресторана.
Офис у него солидный, в маленьком уютном дворе, за которым начинается большой, со складами и подъездными путями. А склады такие, что танковую армию спрятать можно. Чувствовалось, что могущественный отец всерьез помогал своему любимому сыну.
Семен был здесь весной, тогда офис размещался в убогом двухэтажном здании с трещинами в стенах и рассохшимися окнами.
