Семен Купчинов, известный в криминальных кругах как Сэм, стоит на пороге новой жизни. В бурные 90-е годы он выбирает путь успешного бригадира. Но в мире, где правят деньги и власть, каждый шаг чреват опасностью. Перед героем встает выбор между преступной карьерой и спасением собственной души.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Не лезьте в душу к пацану» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семен Купчинов, известный в криминальных кругах как Сэм, стоит на пороге новой жизни. В бурные 90-е годы он выбирает путь успешного бригадира. Но в мире, где правят деньги и власть, каждый шаг чреват опасностью. Перед героем встает выбор между преступной карьерой и спасением собственной души.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семен Купчинов, известный в криминальных кругах как Сэм, стоит на пороге новой жизни. В бурные 90-е годы он выбирает путь успешного бригадира. Но в мире, где правят деньги и власть, каждый шаг чреват опасностью. Перед героем встает выбор между преступной карьерой и спасением собственной души.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты откуда знаешь? – удивился Усыгин.
– Откуда? От верблюда! – засмеялся Роман.
– Я серьезно.
– И я серьезно. Пацан у меня есть, Верблюд у него кличка. Он Сэма пасет, за его домом следит. Когда приезжает, когда уезжает, и тому подобное. И с телкой его заснял. Чисто на фото. Если это и есть твоя Наташка, то телка она клевая, не вопрос. Я бы с ней покувыркался… Значит, она тебе не нужна?
– Почему не нужна? – насторожился Усыгин.
– Сам же сказал, что не нужна… Может, мне с ней закрутить, а?
– Зачем тебе это?
– Для куража. Если я сделаю Сэма, то эта Наташка – мой военный трофей. Или не так?
– Озорство это.
– Так я и говорю, что озорство… Да ладно, расслабься, – засмеялся Роман. – Не нужна она мне. Других девчонок хватает… Я как только Сэма сделаю, ты мне «БМВ» новый подаришь. «Пятеру». Или лучше «семеру». Буду на «бэхе» выкатывать, все московские телки мои…
Усыгин в раздумье кивнул. В принципе он мог сделать ему такой дорогой подарок. Если, конечно, Роман откликнется на его тайные желания… А ведь у Алекса есть способ познакомиться с ним поближе.
– Все московские телки твои, – лукаво улыбнулся он. – А начать можно с Наташки…
– Если будет возможность… – без особого восторга отозвался Делавар.
– Будет. Поверь, это нетрудно. Она сама к нам в постель прыгнет.
– К нам?! – Роман оторопело глянул на Усыгина.
– Ну, ты же хочешь с ней. И я хочу. Она же не только твой трофей, но и мой. Создадим теплую трофейную команду, сообразим на двоих…
– Да нет, я как-нибудь сам управлюсь, – в раздумье покачал головой Делавар.
– С ней ты один не управишься. Баба она строптивая. Но у меня есть к ней ключик…
– Что за ключик?
– Такой ключик, что она сразу с двумя захочет. И с тремя. Да хоть со всей твоей бригадой!
– Точно?
– Точнее не бывает.
– А что, можно и на двоих попробовать…
Алекс мечтательно улыбнулся. Он окажется с Романом в одной постели. И неважно, что между ними будет Наташа. Пока неважно…
– Только сначала Сэма нужно сделать, – сказал Делавар, возвращая тем самым его с небес на землю.
– Это уже твои проблемы, – напрягся Усыгин.
– Поверь, все на мази.
– Я ничего про тебя не знаю… Мне почему-то кажется, Сэма сделает Нахрап, – Алекс с иезуитской улыбкой глянул на Романа.
– Почему?
– Проблемы между ними возникли.
Усыгин сам вышел на Нахрапа. Он помогал ему с бизнесом, под этим предлогом и встретился с ним, а между делом пожаловался ему на притеснение со стороны Сэма. И при этом как бы невзначай дал понять, что Нахрап имеет право на половину «Позитив-Банка». В итоге один бандит наехал на другого. И насколько знал Алекс, Нахрап и Сэм находились сейчас в состоянии конфликта.
– Так что, мне ничего не надо делать? – спросил Делавар.
Судя по его виду, он скорее расстроился, чем обрадовался.
