– Давайте-ка выйдем на перрон.
Настя пожала плечами и молча пошла к выходу из вагона. Мужчина последовал за ней, и под его взглядом ей стало отчего-то неуютно. На перроне он вытащил сигареты, закурил и, прищурившись, посмотрел на нее более внимательно.
– Зачем вам нужен Геннадий Петрович?
– У меня к нему дело.
– Какое дело?
– Слушайте, – возмутилась она, – с чего это вы меня допрашиваете? Вы с ним вместе едете?
– Допустим.
– Нет, молодой человек, допускать мы с вами ничего не будем. Судя по вашим вопросам, Геннадий Петрович сидит в купе. Так вот пойдите и скажите ему, что Татьяна Григорьевна Образцова просила его взять у меня пакет.
– Давайте пакет, я передам.
– Послушайте, у вас со слухом проблемы?
– Геннадий не может выйти. Дайте пакет мне.
– Раз он не может выйти, значит, я могу туда войти. Мы что, так и будем с вами препираться?
– Войти туда вы тоже не можете."
"Тьфу ты, обругала себя Настя. Они же задержанного этапируют! Как я сразу-то не сообразила. Не мудрено, что мне туда нельзя. Сидит небось голубчик, к Веселкову наручниками прикованный. Потом, когда проводник билеты соберет, его пристегнут к штанге столика, а пока они сидят рядышком и изображают друзей «не разлей вода». Она достала из сумки удостоверение и раскрыла его перед глазами собеседника.
– Послушайте, – попросила она почти ласково, – все ваши секреты я сто раз видела. Ну мне правда очень нужно сказать Веселкову пару слов. Пожалуйста, будьте так любезны.
Он улыбнулся весело и с явным облегчением. Видно, задержанный у них был тот еще фрукт, и они опасались всяких приключений. Но профессиональная выучка взяла свое.
– Позвольте вашу сумочку, – попросил он, немного смутившись, но довольно твердо.
Настя послушно раскрыла все «молнии» на сумке и протянула ему. Она понимала, что в неверном свете ночного перрона невозможно отличить настоящее удостоверение от поддельного, и парень должен проверить, нет ли у нее оружия. А вдруг она никакой не майор милиции, а преступница, сообщница и явилась освобождать задержанного дружка? И такое бывает.
– Теперь карманы, пожалуйста, – сказал он, вернув ей сумку.
Она подняла вверх руки, дав ему возможность ощупать себя. Проходящие мимо пассажиры с недоумением косились в их сторону и спешили отойти подальше.
– Пойдемте, – наконец разрешил он.
Они снова вошли в вагон. Оперативник зашел в купе, и через некоторое время вышел Веселков.
– Вы ко мне?
– Если вы Геннадий Петрович Веселков.
– Я вас слушаю…
Но теперь разговаривать, стоя в узком коридоре, стало неудобно. В вагон входили все новые и новые пассажиры, и Настя с Веселковым всем мешали. Пришлось снова выходить на перрон. Проводница глянула на них с явным подозрением.