Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
– Зачем? – удивилась она. – Гадать будете?
– Помогу вам. Вы же плохо переносите снижение.
– Откуда вы знаете?
– Это очень заметно. Мы же не в первый раз летим с вами в самолете. Давайте руку, не бойтесь.
Настя послушно протянула ему руку. Пальцы у Павла оказались на этот раз теплыми. Он двумя руками ощупал ее кисть, нашел какую-то точку и сильно нажал. В первый момент Настя вздрогнула от боли, но уже в следующую секунду почувствовала, что дурнота стала отступать. Сауляк не выпускал ее руку из своих ладоней, и она с удивлением поняла, что его странные манипуляции дают хороший эффект.
– Подъем, – услышала она голос Павла у себя над ухом.
– Господи! – испугалась она. – Я что, уснула?
– Еще как. Даже стонали во сне.
– Но хотя бы не разговаривала?
– Разговаривали. И выболтали мне все свои секреты.
Настя понимала, что он шутит, но лицо его при этом было на удивление серьезным и даже каким-то сердитым. Черт возьми, она ухитрилась уснуть, находясь в нескольких сантиметрах от источника повышенной опасности, которым не без оснований считала своего попутчика! Ничего себе! Непростительно.
Пассажиры уже выходили на трап, а у нее не было сил подняться. Павел тоже не вставал, по-прежнему держа ее за руку. Она заставила себя встряхнуться.
– Пошли, – решительно сказала Настя, вставая с кресла.
На стоянке возле здания аэропорта она нашла машину, которую сама же поставила сюда несколько дней назад. Слава Богу, в эти дни в столице стояла мягкая погода без сильных морозов, и автомобиль удалось открыть и завести без особых мучений.
Ехали молча. Настю грызло неприятное чувство, что ее использовали как пешку в чьей-то игре.
