К тому же это неправда, я не ею шантажировал, а тем, что побеседую по душам с тестем. Разные вещи же!
— А ну быстро прикусила язык! — рявкаю в привычной манере.
И тут же осекаюсь. Мне не надо, чтобы она бросила трубку. Все-таки зря я ляпнул про тещу…
— Мира, я ничего не делал с твоей матерью и делать не собираюсь. Успокойся, слышишь?
— Тогда почему я не могу до нее дозвониться? — стонет жена.
И как-то совсем жалобно стонет. Бесит, ёклмн! Она что, правда обо мне такого низкого мнения? Еле сдерживаюсь, чтобы не взорваться. Вместо этого пытаюсь ее как-то успокоить:
— Может быть, у нее села батарейка… Успокойся, милая, с твоей мамой все нормально, она в церкви.
— Правда? — спрашивает она.
И столько надежды в голосе, столько эмоций… Я впитываю их как губка, мне их катастрофически не хватало.
— Конечно правда! Когда я тебе врал?
Тут я слышу отчетливый всхлип. Сразу вспоминается лицо Миры, когда она плачет. Ее глаза, огромные, влажные… В такие моменты они кажутся даже не карими, а какими-то янтарными.
Ее всегда было вкусно доводить до слез. Она ранимая — просто жуть. Ну девочка-девочка, по-другому не скажешь. Я бы многое отдал, чтобы увидеть ее слезы вживую, здесь и сейчас.
— Мира, не плачь, пожалуйста… — тяну приторно-нежным голосом.
— Я не плачу, — говорит она с новым всхлипом.
Ее расстроенный голос пробирается мне под кожу. Он пьянит и дурманит, как добрая доза алкоголя. В груди поселяется приятное, ни на что не похожее чувство. Мне хорошо, как давно уже не было.
Мы почти воркуем? Прямо как два голубка. Или это мне кажется? Я уже готов лужей перед этой девкой растечься — вот как она на меня действует.
— Любимая, как ты там поживаешь? — этот вопрос выпрыгивает из меня так естественно, будто каждый день его задавал.
— Любимая? — переспрашивает она. — Ты только что шантажировал меня собственной матерью и после этого называешь любимой? Ты нормальный вообще?
— Да брось, я это сказал только для того, чтобы ты позвонила. Ты ведь на самом деле не подумала, что я сделаю плохо твоей маме, правда? Кстати, для справки, я тебя никогда любить не переставал, несмотря на ту клоунаду, которую ты устроила. Мира, я думаю, нам пора встретиться и как следует поговорить.