Автор
История любви знаменитого квотербека Джек Хоука и Елены начинается с неожиданного знакомства. Между ними возникает напряжение, когда Джек пытается завоевать сердце Елены, несмотря на прошлые сомнения. Возникает вопрос, сможет ли футболист найти счастье, сталкиваясь с прошлыми преградами.
Тогда во вторник вечером к дому подошла Жизель, но я не открыла ей дверь.
В среду вмешалась мама, потребовавшая, чтобы я с ними поговорила. Она подошла к вопросу по-деловому, напомнив, что Жизель мне сестра и никогда не перестанет ею быть, поэтому мой долг – наладить с ней отношения.
Вечером в четверг меня оторвала от шитья тетя Клара. Я захлопнула дверь в свою потайную комнату и приняла тетю на кухне, угостив ее бурбоном. Мы почти не касались помолвки, хотя я знала, что она пришла из-за нее: хотела уговорить меня сменить гнев на милость. Вместо этого я взяла и рассказала ей про Джека и про дурацкое соглашение о неразглашении. Мы продолжили общение на крытой террасе, немного захмелевшие: болтали о мужчинах и курили принесенные ею сигареты.
Сейчас уже пятница, и я подвергаюсь очередной атаке: теперь уламывать меня пришли Престон и Жизель, решившие задавить меня количественным преимуществом. Отлично!
– Я буду твоим защитником, Эль.
– Знаю. Но у нас вряд ли дойдет до кулачного боя. Престон не боец. Да и любовник из него никакой.
Тофер внимательно наблюдает за Престоном, продолжающим болтать с Жизель за окном, благо что денек выдался солнечный, нетипичный для февраля.
– Какой же он заносчивый! Наверняка его в детстве недолюбили.
– Зато ее в детстве заласкали. – Мама души в Жизель не чаяла, называла ее не иначе, как «моя красотка», окружала вниманием. Та всегда была хорошей дочерью и теперь оправдывает надежды матери – пишет диссертацию по физике.
Уже несколько дней, едва покинув пентхаус Джека, я нахожусь во власти… нет, не злости, а разочарования. Я думала, что он попытается меня остановить, но этого не произошло.
Я молча закатила глаза, плюхнулась в кресло и притворилась, что читаю журнал, а сама навострила уши.
Значит, не обошлось без Лауры. Так-так… Поженились бы, и дело с концом!
Это был уже перебор. Я застонала и, наверное, слишком свирепо посмотрела на болтливую секретаршу. Этой Кларк 22 года, она всем сует свой номер. Хотя как раз на таких, как она, он вроде бы и делает ставку.
Я ушла из салона, слегка переживая из-за того, что… что он не попытался найти меня.
Между мной и футболистом все кончено.
А он меня не догнал.
Рядом с Престоном и Жизель как по волшебству вырастает тетя Клара, стреляющая глазами по окнам библиотеки. Но окна у нас затемнены от солнца, меня и Тофера, наблюдающих за ними изнутри, ни за что не разглядеть.
Видели бы они наши кинжальные взгляды – сбежали бы без оглядки.