Автор
Начинаешь звонить в шоке от того, что он уехал без тебя, но твой телефон подчеркивает его холодность и важность дел. Ты ждёшь его с тревогой и неуверенностью, чувствуя непередаваемую ответственность за то, что он остался без тебя.
Девочка моя, что ж ты такая болтливая сегодня, а? Я все еще тешу себя надеждой, что каким-то чудом удастся выбраться из этой передряги, но тут в раздевалку выглядывает воспитательница:
— Евгения Александровна, а вы за кружок заплатили?
Я снова киваю, чувствуя себя полнейшей идиоткой.
Сапог я починила — там подкладка в молнию попала. Маришке осталось обуться, и можно бежать, а шарф с шапкой я ей и коридоре повяжу.
— Вам еще надо выбрать костюм для Мариночки. Есть вот такая снежинка и вот такая. Что скажете?
С этим я тоже справляюсь — киваю на тот костюмчик, который больше понравился.
— А еще мы заказываем всем одинаковые футболки на физкультуру. Нужен ваш размер.
Вот черт. На этот вопрос ни мычанием, ни кивком не ответишь.
— Сто четыре, — цежу сквозь зубы.
— Сколько? Я не расслышала.
У меня искры из глаз.
— Сто четыре, — произношу чуть четче.
— Хорошо. Запишу. Приятного вечера.
Спасибо, Ольга Алексеевна, и вам того же!
Я быстренько затягиваю молнию на комбезе дочери и, схватив ее за руку, устремляюсь к двери, старательно отворачивая лицо в сторону.
Только не помогает ни черта.
— Жень? — раздается удивленный голос, выбивая почву из-под ног.
Нервно сглатываю. Не хочу поворачиваться к нему. Не буду.
Он решает эту проблему сам. Просто встает поперек дороги, не позволяя выйти из раздевалки. Маринка удивленно хлопает глазами, а я, похоже, на грани самого натурального обморока."
"Не так я себе все это представляла. Ох, не так. В моих грезах как минимум я была прекрасна, как лебедь, под руку с красивым мужчиной, которой любит меня и мою дочь, вся такая недоступная и уверенная в себе.
Как бы мне ни хотелось, но притворяться глухой и слепой смысла нет, поэтому, тяжко вздохнув, здороваюсь:
— Здравствуй, Денис.
Он удивленно переводит взгляд с меня на Маринку и, по-моему, тоже не знает, что сказать.
— Э… это… это твоя?
— Моя.
— Я не знал, что у тебя есть дочь, — он все еще растерян и пока не сложил два плюс два.
— Наверное, потому что тебя это не касается.
Протискиваюсь мимо него, чуть не волоком вытаскивая за собой Маринку, которая внезапно решила включить режим ленивой картошки и едва переставляет ноги.
— Погоди, — он перехватывает мою руку, не позволяя убежать, — ты же тогда сказала, что просто пришла устраиваться на работу.
— И что? — мне все меньше нравится этот разговор. — Мне не подошли условия, и я не согласилась.
