Автор
Начинаешь звонить в шоке от того, что он уехал без тебя, но твой телефон подчеркивает его холодность и важность дел. Ты ждёшь его с тревогой и неуверенностью, чувствуя непередаваемую ответственность за то, что он остался без тебя.
— Не здесь, — киваю на детей, — и не сейчас.
— А когда? — он недовольно хмурится.
— Завтра.
— Завтра?!
— Да, — уже тверже, — мне надо подумать, переварить. Успокоиться, в конце концов. И я очень прошу тебя дать мне это время. Не давить.
— Я думал, что вы сегодня опять останетесь здесь.
— Нет, — отрицательно качаю головой, несмотря на то, что от этих простых слов трусы моментально становятся мокрыми, и тело начинает вибрировать, — мне надо побыть одной.
— Зачем? Чтобы придумать какую-нибудь причину, по которой мы не можем быть вместе?
— Причин и без моей фантазии предостаточно, ты не находишь?
Денис проходит к окну и смотрит, как снаружи кружит снег.
Не краснеть! Не пыхтеть! И не пялиться на его задницу!
Бросаю быстрый взгляд на детей, но они ничего не замечают. Продолжают свой сонный завтрак.
— Давай объявим день тишины, — прошу у Орлова, — сегодня. Без звонков и попыток встретится…
Отчетливо слышу скрип зубов.
— …Пожалуйста.
— Для тебя действительно это так важно?
— Важно. Мне нужно подумать. Уверена, что и тебе тоже.
— Да о чем тут думать?! — всплёскивает руками.
— Денис, пожалуйста. Не усложняй. Все и так сложно, ты же понимаешь. Я не могу вот так сразу в омут с головой после того, что между нами произошло в прошлом. Мне нужно время, нужен этот перерыв.
Он молчит. Долго, недовольно, но в итоге кивает:
— Хорошо, но только сегодня.
— Договорились. Уверена, завтра я уже буду в состоянии трезво мыслить, а сейчас давай собираться. Детям пора в сад, а тебя, уверена, ждут великие свершения на работе.
И мы собираемся. Все вместе, будто настоящая семья. Пока Денис облачается в рабочий строгий костюм, я помогаю одеться детям. Они, наконец, просыпаются и трещат, как две сороки, ни на секунду не умолкая.
Потом мы все спускаемся вниз, и я удивляюсь, обнаружив в его машине два кресла. Похоже, кто-то действительно серьёзно подходит к своим родительским обязанностям. Это подкупает настолько, что я всю дорогу до сада прячу улыбку, которая так и норовит расползтись по губам.
Однако когда мы выезжаем на нужную улицу, прошу его остановить машину:
— Вот здесь нас высади. Дальше мы сами дойдем.
— Зачем? — Орлов искренне удивляется.
