Он уехал, сказав, что не вернётся. Она вышла замуж, построила карьеру, растила сына. Но судьба свела их вновь. Теперь предстоит выбор: остаться верной своему пути или рискнуть всем ради настоящей любви, которая никогда не угасала.
Раздел Chitat.online для книги «Не отрекаются, любя...» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Он уехал, сказав, что не вернётся. Она вышла замуж, построила карьеру, растила сына. Но судьба свела их вновь. Теперь предстоит выбор: остаться верной своему пути или рискнуть всем ради настоящей любви, которая никогда не угасала.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Он уехал, сказав, что не вернётся. Она вышла замуж, построила карьеру, растила сына. Но судьба свела их вновь. Теперь предстоит выбор: остаться верной своему пути или рискнуть всем ради настоящей любви, которая никогда не угасала.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она будет по ней скучать.
Ванька понимающе кивнул. Он вообще у неё послушный и смышлёный мальчик.
Сердце сжалось привычной болью. Её мальчик. Его сын.
Вера почти всю ночь не спала.
Стояла у окна на кухне с остывшей чашкой чая в руках и смотрела на пустую детскую площадку.
Многое поменялось в городе, с тех пор как они выросли, с тех пор как Марк уехал, но мамин дом, к сожалению, не относился к таким, которых было не узнать.
И эта огромная липа под окном была всё та же. Только ветку, по которой он, засранец, забирался к ней на третий этаж спилили. И скрипучие качели, что Марк грел задницей, поджидая Веру, ещё стоят. И козырёк над подъездом, на котором нацарапал «М+В» в сердечке, тоже остался. Буквы, конечно, закрасили, но если встать под правильным углом…
Поэтому Вера и не любила оставаться у мамы, а особенно ночевать. Потому и приезжала не часто. Потому что так и не научилась проходить мимо и не оглядываться на покачающиеся на ветру качели, словно Марк только что с них встал и сейчас подкрадётся, напугает её из-за дерева. Потому что именно в эту дверь он однажды вышел, сказав ей: «Забудь. У меня другая жизнь» и растворился во тьме.
Всё здесь было связано с Марком. Всё его помнило.
Потому и смотрела Вера сквозь залитое дождём стекло всю ночь. Или оно только казалось ей таким — залитым дождём, потому что всю ночь она проплакала.
Словно хотела размочить слезами камень, что остался в душе после его ухода. Смыть горечь, что не давала ей поверить, что он вернулся и больше не уедет. Что он приехал ради неё. За ней.
Но не смогла.
У него другая жизнь…
В новостях опять показывали пожар.
Мама всплеснула руками и потянулась к пульту, чтобы добавить громкость, но Вера её опередила.
— Ну что ты там ещё не слышала, мам? — когда пульт оказался у неё в руках выразительно показала она глазами на сына: ему зачем это знать? — Каждый час передают одно и то же.
— Хорошо, что никто не пострадал, — покачала головой мама, приложив руки к груди. — Да дождь ещё так удачно. Быстро потухло, — тоже повторила она третий раз.
На экране в микрофон с логотипом местной телекомпании звонко заливалась корреспондент. Позади неё в вечерних сумерках ещё дымилось пепелище.
С экрана то, что они видели вчера вживую, смотрелось даже страшнее. Видимо, умышленно выбрали такой ракурс, чтобы и покосившееся название магазина показать, и сгоревший обугленную обшивку. А может, они с Марком просто уехали до того, как пожарные разворочали ломами стену, доломали крышу и сбросили вывеску. Вчера она точно висела на месте.
— …следствие рассматривает три версии, — бойко вещала журналист, — неисправная проводка, умышленный поджог и халатность, — прочитала Вера то, что уже трижды за утро слышала.
